– Говнюк, – сухо сказала я вместо приветствия.
Он осклабился, и у меня внутри все перевернулось – пришлось даже выругаться сквозь зубы покрепче.
– Сучка, – отозвался он. – Рад тебя видеть! Я уж не надеялся, что мы когда-нибудь еще… проведем время вместе .
Его дружки дебиловато заржали, подталкивая друг друга локтями. Даже они, безмозглые, поняли, что это была подколка в мой адрес. Здоровенная такая шпилька. В прошлый раз мы с Кэррионом расстались на том, что я сползла с его кровати, сгребла свои вещи в узелок и поклялась всеми забытыми богами, а заодно четырьмя ветрами, что лучше сдохну, чем соглашусь еще хоть раз вытерпеть то, что он мне тогда устроил. Кэррион знал, что победа осталась за ним, и не замедлил дать мне это понять. Хвастливый ублюдок заявил, что не сомневается: я к нему еще вернусь и потребую добавки. А я в ответ пообещала открутить его вонючие яйца, если он посмеет еще раз их ко мне подкатить. Ну, или что-то типа того.
Сейчас я взяла с места в карьер, демонстративно проигнорировав его многозначительную ухмылку и не обращая внимания на гогочущих дружков:
– Ты обещал, что больше не сядешь за игральный стол с Хейденом.
Жулик склонил голову набок и закатил глаза, делая вид, что обдумывает мои слова.
– Серьезно? – недоверчиво уточнил он наконец. – Что-то на меня не похоже.
– Кэррион… – процедила я.
Распаскудный говнюк охнул в радостном изумлении и снова уставился на меня:
– Она назвала меня по имени! [4] – Он сделал вид, что сейчас грохнется в обморок. – Все слышали, да? Она произнесла мое имя!
Безмозглые дружки снова захохотали.
– Ты не только нарушил свое слово, но еще и избил Хейдена до потери пульса.
– О, ну не надо так злиться. Прям уж избил… – Он выставил перед собой ладони, будто защищаясь. – Твой братишка сам умолял меня сыграть с ним. А кто я такой, чтобы отказываться? И если бы, как ты говоришь, я избил его до потери пульса, он сейчас все еще валялся бы у таверны, харкая кровью в песок, и вряд ли смог бы минуту назад зайти сюда вместе с тобой на своих двоих и спокойно выйти обратно. Ну, врезал я ему… – Кэррион задумался. – Разок. Ладно, пару раз. Но это же не «до потери пульса», верно? Так, дружеское вразумление, не более.
– Хейден тебе не друг. Он мой брат. Устраивать разборки с ним – против правил.
Жулик качнулся вперед, опершись локтями на стол, и поиграл бровями (эта его манера бесила меня до невозможности).
– Правила нужны для того, чтобы их нарушать, солнышко.
– У нас договор, Кэррион. Помнится, там было что-то о том, что я не вмешиваюсь в твои поставки из Ступицы сюда и отсюда в Ступицу, а ты взамен больше не собачишься с Хейденом.