Я морщусь и киваю. В носу встает запах крови ― самовнушение слишком на меня влияет. Доминик ходит по комнате вместе с Маттео, они открыли тумбочку и рассмотрели содержимое.
Болезнь Лорелей окончательно выбивает меня из равновесия. Мало того, что Массимо вечно пропадает на работе, состояние девочки стало последней каплей моего терпения. Я волновалась и за мужчину, потому что он постоянно возвращался уставшим, словно выжатый лимон, и за ребенка, поскольку у неё достаточно долго держалась температура ― я не могла адекватно её сбить, потому вынуждена была вызывать врача, и ― ура! ― Лорелей очень скоро пошла на поправку, и подобных симптомов у девочки больше не возникало.
Я размешиваю лекарство в теплой воде чайной ложкой. Серебро громко стучит по стенкам кружки, стук неприятно бьет по вискам, я тяжело вздохнула и обернулась. Массимо стоял возле барной стойки, пил кофе, и мне стало не по себе.
Его внешний вид оставался жестоким, неясным и дерзким. Порой, я действительно боялась его. Он не был предсказуемым. Я никогда не смогу просчитать его дальнейшие действия. Именно это и делает его поистине хорошим и расчетливым, умным доном в нашем мире.
Однако никто не сможет переплюнуть Данте, пока он жив. Иногда мне становится страшно, в моей голове становится слишком много вопросов, чтобы оставаться в адекватном состоянии.
Лорелей спала в нашей комнате уже несколько дней на момент заболевания. Мы вызывали врача, она сказала, что ничего страшного нет и выписала несколько лекарств, обильное питье и постельный режим. Обычное лечение, и она почти восстановилась. Осталось пропить короткий курс выписанных витаминов,
― Сегодня 10 марта, ― резко констатировал мужчина, я почувствовала крепкий аромат кофе.
Я вскинула брови.
― И что?
― Данте планирует отпраздновать день рождения на яхте в кругу близких 27 марта, ― Аристон усмехнулся. ― Нужно выбрать подарок.
― Я не знаю, что предпочитают богатые мужчины, у которых во власти весь мир. Извини, но мне нужно дать витамины Лоре.
Я избегала его всю неделю. В некоторой степени я даже счастлива, что он исчезает в стенах офиса, которые явно запачканы кровью. Мне не хочется ничего слышать, не хочется говорить. Я знаю, что натура убийцы ― вынужденная мера безопасности, но что, если он на самом деле один из тех мужчин, которые меняются после брака в худшую сторону?
Для нашего криминального мира это довольно частая практика. Именно из-за подобных убеждений Верона боится наступления свадьбы Камиллы и Стефано.
Ох, снова я думаю о ней.
Я осторожно коснулась плеча Лорелей, вынудив её проснуться. Она медленно открыла глаза, сонно посмотрела вокруг и уставилась на меня, потому что я посмела потревожить её спокойный безмятежный сон.