Около одиннадцати часов утра тяжелая дубовая дверь мастерской приоткрылась, и в цех заглянула Мэри. В руках она бережно держала плетеную корзинку, из-под чистого полотенца которой доносился умопомрачительный, горячий запах свежих яблочных пирогов с корицей.

— Фредди, мальчики, перерыв на обед! — весело позвала она, проходя внутрь и ставя корзинку на чистый край верстака.

Но стоило ей увидеть чумазого, взмыленного Тони Старка со слесарным инструментом в руках, как её синие глаза удивленно округлились.

— Оу… Мистер Старк? Вы… вы похожи на трубочиста из старой сказки. Фредди, ну зачем ты так нагрузил парня? Он же миллионер, у него руки тонкие, нежные…

Тони Старк инстинктивно попытался спрятать свои грязные, покрытые солидолом ладони за спину, густо покраснев под слоем мазута. Но Крюгер встал со своего табурета, вытащил часы «Молния» и сухим щелчком закрыл крышку.

— Время одиннадцать часов тридцать минут. Согласно внутреннему трудовому распорядку артели — плановый перерыв на обед и личную гигиену продолжительностью тридцать минут, — скомандовал Фредди. — Мэри, за пирог спасибо, своевременное снабжение калориями — основа высокой производительности труда. Ученик Старк! Положи напильник на щит. Вымой руки с мылом «нафталиновым» у раковины, трижды, чтобы солидол на ведомости не занести. После этого — займи место за обеденным столом. Организму требуется восстановление энергетического баланса.

Тони Старк с облегчением выронил инструмент из затекших пальцев, подошел к старой чугунной раковине в углу цеха и принялся яростно, до хруста в суставах тереть ладони жесткой щеткой с серым хозяйственным мылом. Солидол нехотя смывался, оставляя на коже въевшиеся черные поры, но Тони чувствовал странное, совершенно новое для себя ощущение — гордость от того, что эта латунная втулка, лежащая сейчас на верстаке, была выпилена его собственными руками с точностью, приближающейся к заводским стандартам артели.

Они сели за небольшой деревянный стол в углу мастерской. Мэри аккуратно разрезала пирог на равные, геометрически безупречные доли. Фредди Савельевич ел размеренно, тщательно пережевывая каждый кусок.

Тони Старк, который еще неделю назад брезговал обедать в ресторанах без трех звезд Мишлен, сейчас жадно, не обращая внимания на остатки мазута под ногтями, поглощал горячее тесто с яблоками, запивая его чистой холодной водой из оцинкованной кружки. Пирог казался ему самым вкусным продуктом, который он когда-либо пробовал в своей жизни.

— Крюгер… — Тони проглотил кусок и посмотрел на Фредди более спокойным, деловым взглядом инженера. — Твой метод… то, что ты сделал с дросселем осциллографа. Я все утро пересчитывал уравнения кристаллической решетки железа под воздействием ультразвуковых биоимпульсов. Ты ведь не просто сжал металл. Ты изменил пространственную ориентацию доменов феррита, ликвидировав внутренние пустоты сплава. Если мы применим эту технологию к обшивке корпусов Stark Industries… к прецизионным деталям наших ракетных двигателей… мы поднимем прочность конструкций на четыреста процентов без увеличения массы! Понимаешь ты это? Это миллиарды долларов! Это полный контроль над аэрокосмическим рынком!