— Баланс восстановлен, — Фредди вытер рот ветошью и подошёл к верстаку. — Переходим к приёмо-сдаточным испытаниям.

Он взял со стены свой старый, калибровочный деревянный гриф, закреплённый на массивной чугунной станине — самодельный стенд для проверки натяжения. Фредди аккуратно закрепил первую, самую тонкую струну из новой партии, затянул колок и подключил к концам станины провода от отреставрированного армейского осциллографа.

Он включил прибор. Зелёный луч на круглом экране лёг ровной, неподвижной горизонтальной линией. В мастерской стояла абсолютная, рабочая тишина.

Фредди Савельевич вытянул указательный палец и аккуратно, с силой ногтя дернул натянутую антрацитовую нить.

То, что произошло в следующую секунду, заставило бы любого музыкального продюсера из Нью-Йорка застыть в глубоком ступоре. Струна не просто издала звук — она выдала чистый, плотный, почти осязаемый акустический импульс, от которого воздух в замкнутом пространстве полуподвала мгновенно стал густым. Звук был невероятной, кристальной чистоты — без малейшего шипения, без единого паразитного обертона. Но главное — он быстро не затухал.

На экране осциллографа Тектроникса зелёная линия мгновенно взвилась идеальной, правильной, математически безупречной синусоидой. Прошло двадцать секунд. Затем тридцать. Фредди стоял, заложив руки за спину, и внимательно смотрел на экран. Струна продолжала звучать на одной и той же частоте, вибрируя с едва заметной глазу амплитудой. Внутреннее спиральное напряжение „поющей стали" работало как вечный двигатель для звуковой волны, удерживая энергию внутри кристаллической решётки металла и отдавая её наружу порциями, строго по графику.

— Время затухания — пятьдесят секунд, — Фредди удовлетворённо хмыкнул, сверяясь со старыми карманными часами „Молния". — Коэффициент полезного действия по передаче частоты — девяносто восемь процентов. Капиталистическая промышленность Пенсильвании может закрывать свои цеха и распускать профсоюзы. Это победа материаловедения.

Он аккуратно снял струны со стенда, свернул их в аккуратные, ровные кольца и уложил в чистые пакетики из вощёной бумаги, на каждом из которых твёрдой рукой вывел: „Комплект № 1. Поющая сталь. Калибр 10–46. ГОСТ выдержан".

В этот момент за окном послышались лёгкие, знакомые шаги. Мэри подошла к двери артели, негромко постучала своим особым ритмом — три коротких, один длинный — и заглянула внутрь, держа в руках небольшую корзинку, накрытую чистым полотенцем.

— Фредди, ты здесь? Я принесла тебе обед. Ты со вчерашнего дня из цеха не выходишь, Боб на студии уже обыскался, говорит, у них там какая-то сессия горит. Что ты тут делаешь в темноте?