— Дело делаю, Мэри, — спокойно ответил Фредди, забирая у неё корзинку и ставя её на край верстака. — Производство расширяю. Хватит нам стартеры крутить да американскую халатность на студиях исправлять. Пора выдавать на рынок собственный, эксклюзивный продукт высокой точности.

Он протянул ей первый вощёный пакетик.

— Это тебе, Мэри. Мой личный вклад в твою музыкальную деятельность. Струны. Из специального инженерного сплава. Назовём его для местной публики… ну, пускай будет „Поющая сталь", раз уж им так красивые названия нравятся. Ставь на свой „Гибсон", только аккуратно, колки не перетягивай — у этой стали натяжение такое, что твой гриф может в дугу согнуть, если без ума крутить.

Мэри недоверчиво взяла пакетик, достала тонкую антрацитовую нить и удивлённо провела пальцами по её гладкой, матовой поверхности.

Мэри: Оу… Фредди… Она какая-то… живая. Она словно сама вибрирует, когда я её просто держу. Где ты взял такой металл? На заводах в Детройте такого точно не делают.

— В Детройте, Мэри, делают вёдра для помоев, а не инструмент, — отрезал Фредди Крюгер, усаживаясь за верстак и открывая свою амбарную книгу учёта. — А этот сплав разработан в соответствии с передовыми достижениями нашей отечественной инженерной школы. Ставь, пробуй. А я пока баланс подведу. У меня тут по графе расходов — немало калорий и кусок старой рессоры, надо дебет с кредитом свести, пока чернила не высохли.

Мэри послушно села на табурет в углу, достала свою гитару и принялась аккуратно срезать старые американские никелевые струны. А Фредди Савельевич, обмакнув перьевую ручку в чёрные маслянистые чернила, размашистым, твёрдым почерком председателя кооператива вывел на новой странице Учетной книги:

„Раздел 4. Спецпроизводство. Внедрение инновационных сплавов повышенной акустической проводимости (Проект "Поющая сталь"). Первичные испытания признаны успешными. Норма выработки — от 1 комплекта в смену. Себестоимость по сырью — минимальная. Перспектива сбыта на рынке Нижнего Бродвея — стопроцентная".

За окном лениво шуршали шинами редкие субботние автомобили, Нэшвилл готовился к очередной шумной и бестолковой ночи, а в тихой мастерской артели „Крюгер & Партнеры" ковалась новая, строгая и абсолютно просчитанная технологическая реальность, перед которой пафос капиталистического производства рано или поздно должен был преклонить свои колени. Ибо настоящий прогресс, как справедливо полагал Савельич, не требует ни лазерных мечей, ни межгалактических перелётов — достаточно старой рессоры, пары килограммов свиного сала и твёрдой уверенности в том, что ГОСТ всегда побеждает маркетинг.