Иногда в темноте прямо на дорогу выбегали ожившие. Их силуэты выныривали из тумана, шатались, как пьяные, а потом резко бросались к свету фар. Том резко тормозил, объезжал. Ева сжимала зубы, сердце колотилось.
— Сейчас мы их объезжаем, — сказала она, не отрывая взгляда от дороги. — Потом будем просто давить. Когда внутри останется только сталь. Когда эмоции станут роскошью.
— Ты уже почти такая, — пробормотал Том.
— Я стала такой. Чтобы выжить.
По обочинам встречались машины. Брошенные. С открытыми дверями, с выбитыми стёклами.
— Закончился бензин, или… — начал Том.
— Или они не успели.
Иногда внутри виднелись тела. Иногда только кровь. Ева больше не отворачивалась. Просто смотрела. Впитывала. Это был новый мир. И он больше не щадил никого.
Они ехали молча, ночь тянулась бесконечно, будто сама дорога стала частью кошмара.
Когда они свернули с трассы на просёлочную дорогу, ведущую в сторону гор, Том сказал:
— Сейчас будет поворот. Ещё миль пять, и приедем.
— Я всё ещё не уверена, что это хорошая идея, — пробормотала Ева.
— У нас нет выбора, — ответил он. — Нужно отдохнуть. Хоть на пару часов.
Горнолыжная база располагалась на склоне между соснами.
Том с друзьями не раз приезжал сюда зимой: современные домики с панорамными окнами, подогреваемые полы, бассейн, душевые, кухня — всё было как надо.
Они подъехали. Было странно — ни огонька, ни звука. Только редкий ветер между деревьями. Том указал вперёд:
— Смотри. Вон тот джип «Гладиатор» — Арона. Они здесь…
Но тишина была гнетущей. Где смех, где разговоры, где костёр, где музыка?
База выглядела как вымершая. Только приглушённые, неясные звуки где-то в глубине — будто что-то тянулось, скреблось, шевелилось.
Ева резко повернулась к Тому:
— Сиди в машине. С Алексом.
— Что? Ты серьёзно?
— Ты отец. Сейчас ты не просто Том. Ты — его единственный шанс. Не геройствуй. Я только посмотрю, вдруг они внутри.
Он сжал губы, не ответил, только кивнул.
Ева проверила пистолет, нож, фонарь — и пошла к корпусу.
Современный фасад, стеклянная дверь, открыта. Внутри — пусто. Ни шагов, ни голосов.
Фонарь в её руке дрожал. Она старалась светить короткими вспышками, но в полной тьме даже они казались оглушающими. Ни одного голоса. Ни шагов. Только тихий, едва слышный хруст — будто что-то царапало металл. Потом всё стихло снова.
И тогда она услышала всплески воды.
Это был бассейн. Она подошла ближе, посветила фонариком — и отшатнулась.
В воде бродили мертвецы. Несколько тел. Они двигались, будто пытались выйти, но вода сдерживала их, путала.
Шорох за спиной. Резкий. Живой. Она обернулась, направила фонарик — и увидела мертвеца. Он уже шёл прямо на неё.