Постучалась. В ответ тишина.
– Волдо, можно с тобой поговорить?
– Заходи, – ответил он не сразу. – Утешать меня пришла? – зло начал он разговор.
– Нет. Пришла узнать, что ты намерен делать дальше. Вот ты сейчас лишен титула и дома. С деньгами у тебя проблем не будет. Наверняка ты и сам понимаешь, что вскоре все мы станем неприлично богатыми. Эпидемия рано или поздно прекратится, мы вернемся к привычной жизни. Кем ты себя видишь в ней?
Я с одной стороны резала по живому. Жизнь без титула не заканчивается! Надо прижечь уже этот гнойник. Без этого о выздоровлении не может быть и речи. С другой стороны, я настраивала друга на мысли не о прошлом. Нет его. Точка. А о будущем. И про деньги сказала специально, чтобы убрать из его головы хоть одну проблему.
Жилье у него есть. Пусть не свое, а Адлара, но в качестве жизни он ничего не теряет. Деньги – с этим тоже понятно. Все остальное зависит только от него самого. Ну и немного от нас.
– Я надеюсь умереть. Вот только еще не решил, что надежнее – твоя прививка или дождаться все же болезни.
Тьфу, дурак! Как в детстве: вот уйду на балкон, замерзну там насмерть, тогда поплачете! Да поздно будет.
Как с ним разговаривать? Ведь, возможно, уже завтра нам нужно будет прививаться от оспы. А он сопли распустил. Нет, повод, конечно, есть. Только вот воспользоваться им или перестроить свое мышление и жизнь под новые реалии – решать только Волдо.
Мои слова он не услышал. Продолжать настаивать? Как бы хуже не сделать. А пошлю-ка я к нему профессионального врачевателя душ – отца Бенедикта. Тот, не сомневаюсь, сумеет до него достучаться.
Подговорив храмовника, я отправилась проверять, как готовят покои для ребенка. Нам нужно быть предельно осторожными с ним. Не получилось бы так, что мы заразимся воздушно-капельным путем, или как там оспа передается? А вдобавок еще и через рану. Считай, двойной удар по организму. Справится ли? Поэтому от того, как я все предусмотрю заранее, напрямую зависит жизнь моя и друзей. Остаток дня я провела в перепроверке всего. Осмотрительность в этом деле лишней не будет.
На следующее утро, еще до завтрака, дознаватели умчались. И потекло время мучительного ожидания.
Но была и хорошая новость. Отец Бенедикт! Ему каким-то образом удалось перевернуть сознание Волдо. И тот сейчас ходил по лужайке злой. Размахивал руками и брызгал слюной.
– Да пусть катятся со своим баронством куда подальше! Я им и всему миру докажу, что и без титула проживу. Еще на поклон ко мне припрутся! Только вот не прощу их! Никого! Выкинули, как щенка, на помойку! Вот я им! – он поднимал к небу сжатый кулак и угрожающе тряс им.