Я скрипнул зубами.
Значит, убийца находится прямо здесь, рядом со мной. Тот, кто точно знал, как работает яд из Хинских Рудников, чем он пахнет и что противоядия от него нет.
А ещё он знал, что няня сначала всегда относит завтрак мне, а уже потом ест сама и угощает других. Просто сегодня из-за рысаря она поменяла свой привычный распорядок, чем спасла мне жизнь.
— Вот оно, противоядие-то. — Няня вынула из кармана фартука маленький бутылёк с зелёной жидкостью. — Отвар из тридцати трёх трав, между прочим. Десять лет на этот рецепт ушло.
Я забрал бутылёк у няни и, не особо его рассматривая, стиснул в кулаке, после чего развернулся и поспешил к рысарю.
— Проедусь.
— Илюша! А завтракать? — кинулась за мной няня.
Она сказал это так, будто ничего не случилось, и её угощение не отравило сразу двенадцать человек.
Я обернулся и опять заставил себя улыбнуться.
— Спасибо, Ангелина Михайловна. Я пока не голоден.
— Прости меня, крошечка, — прошептала она, опять став несчастной. — Больше никаких пирогов, пока не найдёшь отравителя. А ты его найдёшь, я знаю.
— Найду, — кивнул я. — И не просто найду, а заставлю ответить.
Нонна закусила нижнюю губу, побледнев ещё больше, ну а я быстро зашагал к своему рысарю.
Увидев меня, Эл с мольбой забормотал:
— Забери… забери у меня эту пыхтящую тварь… — Он осторожно протянул мне поводья.
Рысарь при этом стоял смирно, порой сопел, выпуская пар из ноздрей, и пристально следил за Элом красными дымчатыми глазами, будто в чём-то его подозревал.
Я молча забрал у Лаврова поводья и снова оседлал магического зверя.
— Что-то случилось? — насторожился Эл. — Я только услышал, что что-то случилось с пирогами твоей няни. Какая-то странная паника. Подгорели, что ли?
Он выглядел так, будто не понимал, что происходит.
Вот только опыт общения с ним уже показал, что Лаврентий Лавров отлично умеет притворяться дурачком, когда ему это надо. Мне даже не хотелось думать, что Эл может быть причастен к отравлению.
Или Нонна.
Или няня.
Но подосланного убийцу надо было найти быстрее, задействовав все возможности, даже магию Первозванного.
— Так что случилось с пирогами? — опять спросил Эл, разглядывая моё хмурое лицо. — Ты что, завтракать не будешь?
— Завтракай без меня. Мне надо кое-что проверить, — бросил я и, пришпорив рысаря, сорвался с места.
Я промчался на рысаре по единственной улице деревни.
Злость забурлила внутри.
Петля вокруг меня затягивалась, да так, что любое сопротивление делало только хуже!
Убийца расхаживает по усадьбе. Вокруг разруха, и никто не хочет ничего менять. Отец что-то замышляет. Летающие кочевники нападают на деревню, а сами деревенские ненавидят меня и даже хуже — презирают за ртутный дар.