Времени оставалось мало — всего около пяти минут.
И на этот раз решалась не моя судьба, и даже не судьба Эла, а кое-кого другого.
Времени имелось мало.
Оставив Эла в вагоне-ресторане в компании выпивки, чёрной икры и охраны поезда, я наконец отправился к себе в купе, чтобы остаться одному, но по пути опять задержался — столкнулся ещё и с няней Ангелиной.
Увидев меня, та всплеснула руками и встала в тамбуре, не давая пройти.
— Илюша, ты такой бледный! Как ты себя чувствуешь?
— Всё хорошо, Ангелина Михайловна, — как можно мягче произнёс я. — Надеюсь, вы хорошо устроились в своём купе?
— Ну конечно, крошечка. Всё замечательно. Хотя повар в ресторане мог быть и повежливее. Я хотела воспользоваться его духовкой, чтобы испечь тебе пирог с новой начинкой, а он не позволил.
Она улыбнулась и по-заговорщицки тихо добавила:
— Даже не знаю, как в его супе по-бреольски оказалось десять порций леденящего перца. Возможно, начальник поезда разберётся. Он как раз сейчас ест это блюдо на ужин.
Я усмехнулся.
Моя няня, как всегда, была прекрасна.
— У тебя что-то случилось? — нахмурилась она. — Хочешь, я всё же испеку тебе пирог? С поваром договорюсь.
— Лучше просто отдохните. Вы успеете напечь пирогов и в Гнилом Рубеже.
Я взял её за плечи и нахально отодвинул в сторону.
Она не стала мне больше мешать, но всё же добавила, когда я уже выходил из тамбура:
— То, что ты сегодня с ртутью сделал — начало великого пути. А я уж боялась, что не доживу до этого прекрасного дня. Возможно, сейчас передо мной стоит тот, кто изменит всю нашу алхимию до неузнаваемости. И скажу честно, я ведь специально отказалась от поднятия ранга, чтобы продлить жизнь и увидеть всё своими глазами, Илья.
Я обернулся.
Она редко называла меня по-взрослому. Не «Илюшечка», не «крошечка», а «Илья». Это значило, что она хочет, чтобы я обратил на это внимание.
Няня серьёзно на меня посмотрела, а потом вдруг улыбнулась и объявила:
— Пойду всё же договорюсь с поваром! Уж очень мне понравилась его духовка!
Прозвучало это как «Его духовка теперь принадлежит мне!».
Распрощавшись наконец с няней, я добрался до своего купе и спровадил охрану в другой вагон. Затем закрылся на ключ и сразу же проверил портфель, который дала мне Нонна. В нём, конечно, оказалось пусто, потому что дело было вовсе не в документах, которые я якобы забыл.
В ход пошло золотое кольцо.
Я ещё раз убедился, что оно тёплое, а значит, магически заряжено, после чего положил его на стол у зашторенного партьерой окна, уселся в кресло и достал из кармана часы.
Отлично, примерно через пять секунд должно произойти алхимическое чудо.