— Расскажи мне всё, Оля! — попросила княгиня, вытирая слёзы. — Что ты помнишь?
Ольга нежно провела пальцами по мокрой от слёз щеке матери и прошептала:
— Ничего, мама. Я ничего не помню.
Когда Хорхе привёл в кабинет Эла, то княгиня отошла от капсулы, дав сыну обняться с сестрой.
— Оля! Ну ты учудила! — улыбнулся Лаврентий сквозь слёзы.
Она глянула на его ногу, схватилась за лоб и пробормотала с ужасом:
— Ты неисправим, Эл! Я уже говорила тебе?
— Ты даже об этом мне писала! — засмеялся он. — Но мой друг почему-то подумал, что ты просишь помощи! Он чертовски мнительный, не обращай внимания!
Пока они обнимались, княгиня подошла ко мне, обняла и прошептала на ухо:
— Я не знаю, как вы это сделали, господин Ломоносов, но благодарна вам более, чем навечно. И своей благодарностью я одарю вас с лихвой. Но сейчас скажу вам прямо: теперь я готова мстить на полную мощность и без задержек. И мне почему-то кажется, что за прошедшие два дня вы значительно выросли как маг. От вас веет мощью настолько, что меня будоражит. Мы немедленно вылетаем в столицу. Вы готовы?
Она с уважением посмотрела на меня и замерла в ожидании ответа.
— Вот теперь готов, — ответил я.
Неделю спустя
Петербург
Я решил давить врага сверху, а не снизу.
Потому что у этого врага тоже имелись связи, деньги, влияние и союзники. И тут многое зависело от того, чей пресс выше и тяжелее — его или мой.
Я выбрал самый высокий и самый тяжёлый.
Княгиня Лаврова не солгала: на императора у неё был не просто выход, а ковровая дорожка. Во всех смыслах.
Именно на ковровой дороже мы сейчас и стояли — я и княгиня.
Вот-вот золочёные двери в императорский рабочий кабинет должны были открыться перед нами.
Неделю мы готовились, чтобы эта встреча прошла именно так, как запланировано.
Собирали доказательства — такие, чтобы «комар не подточил этого самого», как говорит Родион Сергеевич.
Подключали все связи княгини, чтобы эти доказательства дошли напрямую до нужных людей, а вес у госпожи Лавровой тоже был немаленький — уж точно, не меньше, чем у Бориса Ломоносова.
Особенно её уважали в военных кругах. Но самое главное, что у неё нашлись связи даже в Канцелярии тайных и розыскных дел, а это уже тяжёлая артиллерия.
От результатов сегодняшней встречи с императором зависели судьбы многих людей, начиная от Петербурга и Архангельска, заканчивая маленькой деревней на восточных рубежах.
Госпожа Лаврова выглядела всё так же эффектно, да и я, скорее всего, тоже.
Стоял в костюме от модельного дома… нет, не Зельц… а совсем другого портного — из Архангельска. Для меня это было принципиально, хотя княгиня уговаривала меня надеть «что-нибудь более солидное и узнаваемое».