Это была Формула Исцеления.
Тоже усиленная втрое.
Я применял такую технику только однажды: когда лечил своего рысаря ещё будучи подростком. Она отнимала много сил, хоть и считалась элементарной. Но сейчас я был готов отдать все силы, вообще все, что у меня есть, лишь бы спасти Ван Бо.
— Бо!.. Ты слышишь? Бо!.. — выдохнул я, склонившись над пацаном.
Он был ещё жив, хотя с таким ранением погибают почти сразу. Но я нащупал у него пульс. Слабый, почти нитевидный, но он ощущался.
Не знаю, может, это было особое умение шаньлинцев — они всё-таки магический народ со своими древнейшими секретами.
Я положил левую ладонь на живот мальчишки, рядом с торчащим кинжалом, а правой рукой начал медленно вытаскивать оружие из раны.
Формула Исцеления начала работать сразу.
Кровотечение остановилось, а рана затягивалась на глазах.
Я убрал кинжал на пол и снова вызвал Вертикаль. Ячейки с открытыми техниками опять были полны и блестели ртутью. На этот раз сжатые заклинания, которые я только что использовал, восстановились в ячейке в виде ртутных копий.
Получалось так, что одна магия копировала и усиливала другую.
А может, алхимия с повышением ранга начала пожирать магию Первозванного и трансформировать её. Эта нехорошая мысль на секунду возникла в сознании.
Я плотнее прижал ладонь к животу пацана.
— Ну давай, Бо… давай… — зашептал я, глядя на его бледное лицо и опять проверяя пульс на шее.
Сердцебиение стало увереннее и стабильнее. Рана продолжила затягиваться.
В этот момент у другой стены застонала Дарья. Я оставил Ван Бо лежать на полу, а сам взял кинжал кочевника и направился к сестре.
Она приоткрыла глаза и, увидев, что я приближаюсь, отрывисто зашептала:
— Усадьба окружена… твои друзья не смогут сбежать… маги из деревни арестованы… на каждого найдётся статья, поверь… Всё кончено, Илья. Всё кончено. Ты проиграл. Но мы… мы можем договориться, правда?.. Ты ведь уже нашёл Кладезь, верно?.. Нашёл? Я знаю, что нашёл. Я видела, как ты обшарил всю усадьбу, пока никто не видит. Просто отдай Кладезь нам.
В этот момент в распахнутое окно ворвался луч света, потом — ещё один, а потом весь двор озарился яркими вспышками.
— Ну вот они и пришли, даже не опоздали, — прохрипела Дарья с пола.
Я быстро подошёл к окну, но встал так, чтобы меня не было видно из-за занавески.
Дарья не соврала.
По всему периметру усадьбы стояли маги-светочи, навскидку не меньше батальона — целое, мать его, подразделение.
И все бойцы были в униформе с родовыми гербами Ломоносовых, да ещё в броне, будто собирались на штурм.
Но и это было не всё.