Одно было понятно: у нас есть три дня, чтобы разгадать сообщение и подготовиться к этому событию.
Только вряд ли мы успеем воспользоваться помощью семьи Лавровых даже при их колоссальных связях. Это слишком долго: пока они узнают, пока проверят информацию, пока соберут боевую группу, пока те приедут за тысячи километров.
К тому же, стоит только всё это устроить — и шумихи не избежать. Колдуны не будут церемониться и сразу казнят пленников, похоронив вместе с ними свои тайны. В этом у меня не было никаких сомнений.
Нет, тут должен быть другой подход.
— Эй, Илайя, ти мозес мне кое-сто объяснить? — тихий голос Ван Бо выдернул меня из омута тревожных размышлений.
— Что объяснить? — повернулся я к нему.
— Как это работает? Мне на будусее знать надо. Ти девуске написал, да есё с осибками, спросил какую-то хрень, а она сразу согласилась вийти за тебя замус. Как это работает?
Я пропустил его вопрос мимо ушей. Мне было не до глупых объяснений, потому что все мои самые страшные догадки подтвердились. Вообще все.
Я поднялся на ноги, забрал у мальчишки Скрипторию и черканул в ответ Ольге:
«Спасибо! Девушка будет сражена наповал!».
И тут же получил ответ:
«Удачи, герой-любовник!».
Всё это время Ван Бо наблюдал за мной в недоумении.
Наконец убрав Скрипторию в карман, я опять обратился к мальчишке, но уже по другому поводу:
— Ты говорил, что бывал в крепости колдунов. Сможешь вспомнить, как там всё устроено?
Тот кивнул. И, кажется, только сейчас понял, что я собираюсь делать. Его лицо вытянулось. Он побледнел и, не сводя с меня глаз, тоже поднялся на ноги.
— Я узе говорил тебе, что ти псих, белобрисий?..
До рассвета я провозился с картой Зоны Морока и того сектора, где стояла крепость колдунов. Вместе с Элом мы тщательно прорисовали детали и мелочи — всё, что вспомнил мальчишка.
Эл не находил себе места и всё порывался написать матери, но каждый раз я его останавливал:
— Нет. Нельзя! Мы сделаем всё так, что колдуны даже не поймут, кто забрал у них пленников. А если ты матери скажешь, то она устроит грандиозную спасательную операцию. Тогда твоя сестра не выживет.
Я и сам понимал, что беру на себя ответственность за чужую судьбу.
Понимал, что цена ошибки будет настолько высока, что вряд ли мне позволят после этого жить. Меня прикончит сам Эл, или его мама, или казнят в тюрьме. Или убьют колдуны, если план рухнет.
А ведь можно было перекинуть проблему на компетентные органы и профессиональный боевой отряд. В конце концов, я просто мирный маг — какой с меня спрос? Ну убьют пленников — моей вины в том никакой не будет.