В итоге все разошлись, а Эл остался.

Он глянул на меня, и вид у него стал какой-то беспомощный и растерянный.

— Слушай, — забормотал он, — никогда раньше мне не приходилось испытывать неловкость за то, что у меня княжеский титул. Они же меня за это даже не уважают.

Я усмехнулся.

— А должны?

— Ну как бы… да, — замялся Эл. — Тебя же они уважают.

— Если и уважают, то точно не за княжеский титул.

Подозвав рысаря, я оседлал его и снова посмотрел на Эла.

— Ну да, конечно! — закатил глаза он. — У меня же нет грозного рысаря, как у тебя!

— Нет, Эл, дело вовсе не в рысаре, — покачал я головой. — Но у тебя точно есть шансы. Покажи им, что ты хороший артефактор. Придумай то, что облегчит всем работу. После этого они будут носить тебя на руках.

Эл нахмурился.

— Ты серьёзно? Но что тут можно придумать? Всё уже придумано до нас.

В этой задумчивости я его и оставил, а сам поторопился к кузнецу.

Хромого Микулу я нашёл на краю деревни.

Его дом вместе с кузней когда-то стояли сразу на выезде в поля, но сейчас там остались только обгоревшие останки построек. Уцелело немного: только доменная печь в кузне и русская печь в доме. Они, как две крепости, стояли посреди разрухи, будто напоминая хозяину, что не всё ещё потеряно.

Сад тоже сгорел, как и огород вместе с заборами.

И куры сгорели — погибшие птичьи тельца валялись по всему двору.

Запах стоял жуткий.

Кузнец, весь вымазанный в саже, сметал в кучу головёшки и щепки. Он грузно опирался на клюку-костыль, пихнув её подмышку, но метлой работал быстро, даже торопливо. Причём, так увлёкся, что даже не заметил, что к его сгоревшему двору подъехал всадник на рысаре.

— Микула Андреич! — громко и веско обратился я к кузнецу.

Тот замер на секунду, после чего обернулся.

Его злого взгляда хватило, чтобы понять: вряд ли он хоть на что-то согласится. Но я решил попробовать. В лоб ведь не ударит (хотя этот может и двинуть).

— Чего надо? — буркнул Микула и снова принялся сметать головёшки в кучу. — Твоего коня пыхтящего, что ли, подковать?

Он мрачно усмехнулся.

Я хлопнул рысаря по шее, затем быстро спешился и привязал Буяна к единственному обгоревшему столбу, который ещё не упал, а остался стоять.

— Моему коню не нужны подковы, ты ведь знаешь. А вот мне нужна твоя помощь. В обмен на мою помощь, конечно.

Микула перестал мести и снова на меня посмотрел.

— И чем же ты мне поможешь?

Я сощурился, внимательно посмотрев ему в глаза.

— А ты не хочешь спросить, какую помощь нужно мне?

— А что тут непонятного? — пожал плечом кузнец. — Тебе помощник нужен за порядком следить. Но первого встречного ты не возьмёшь. Надо, чтобы помощник и грамоту разумел, и чтобы кулаком пристукнуть мог. И там, и тут чтобы свой был. Только не к тому ты пришёл. Мне не до тебя сейчас. Ты, конечно, вчера всех удивил. И я был не прав насчёт тебя, когда сказал, что ты слаб и лучше бы тебе отсюда уехать. Но сейчас мне, и правда, некогда.