В этот паршивый момент я понял, что мой Доспех начал истончаться…
В тот же момент земля вдруг задрожала от встряски, и из кустов вывалилось существо. Крупное, размером с медведя, но видом похожее на пузатое чудовище с круглой головой и длинными лапами, только искусственное, созданное из какого-то сплава — в темноте и не разберёшь.
Оно зарычало, будто в его утробе заскрежетал огромный паро-мотор, и кинулось наперерез летящим в меня ветрорезам.
Те со свистом пронеслись по воздуху и все пятнадцать угодили в большое стальное тело чудовища.
Оно прикрыло меня от удара!
Прикрыло, чёрт возьми, хотя не должно было!
Замерев в шоке, я бы мог задаться вопросами: откуда взялась эта махина? Или кто её создал? Или почему она меня прикрыла?
Но от одного вида этого железного урода меня бросило в холод, будто моё сознание швырнули в прошлое — туда, где я сражался с такими же тварями, с сотнями таких же уродов!
Это был гомункул.
Самый настоящий гомункул!
Огромная искусственная тварь, очень похожая на моих заклятых врагов из прошлого мира. И эту тварь создал алхимик, никаких сомнений…
Гневный рык главаря стаи оборвал мои мысли.
— Юрли! Кир-р-рики са!
Он бросился в атаку сам, больше не надеясь на охрану. Причем, атаковал не гомункула, а меня.
Мой меч тут же пошёл в дело.
Мы сшиблись в жестокой схватке — давно я не ощущал такого напора! Все эти чёртовы восемь лет! В новом мире я ведь ни с кем вот так ещё не сражался. По-настоящему. Виртуозно, безжалостно и даже бешено.
Главарь стаи оказался сильным противником. Ловким и быстрым.
Его поющие клинки мелькали, бились о мой Доспех, и на этот раз я ощущал каждый удар. Броня защищала меня всё меньше. Правда, в ответ противник тоже получал недурно.
Я рубил мечом с таким гневом и мастерством, что кочевник поначалу отшатывался от меня в ужасе: подлетал, бросался в стороны, уворачивался, пригибался и отбегал мелкими шажками.
Он не ожидал от мирного мага таких знаний в фехтовании.
Какой-то лабораторный алхимик машет мечом, как настоящий боец!
Несколько раз мне удалось резануть его по кожаному жилету, задеть по запястью и плечу. В итоге один кинжал он всё же выронил и на пару секунд остановился, будто никак не мог поверить в происходящее:
— Ты-ы… ты кто-о?.. — выдавил он, сверкая глазами в прорезях маски и едва переводя дыхание.
Отвечать я не стал.
Снова бросился в бой.
Тем временем железный гомункул неуклюже сражался со стаей. Точнее, не сражался, а просто отмахивался от них, подставлялся под удары гарпунов, толкался, пихался, таранил, рычал, топотал, размахивал длинными руками и скрежетал суставами.