— Учиться, — коротко ответила я.
Мы медленно шли вдоль улицы.
— Да? — Ольга оживилась. — А где?
— Женская императорская гимназия для одаренных.
— Ого! — Она не скрывала изумления. — Так ты все же аристократка?
— Нет.
— Незаконнорожденная? Или из купцов?
— Я обязана отвечать?
— Нет. — Она ничуть не смутилась. — Просто любопытно. А уровень дара?
— Между шестеркой и семеркой. — Я уклонилась от прямого ответа. — Может, больше, давно не измеряли.
— Перед началом занятий измерят, — сказала она уверенно. — Я там же учусь, но в старшем классе.
Классов в гимназии всего два: младший и старший. И, получается, мы с ней почти ровесницы.
Мы добрели до сквера, и я решительно направилась к свободной лавочке. Еще немного, и хромать начну. Ольга безропотно уселась рядом.
— Это мне нужна помощь, — сказала она. — Мы играли в фанты, и мне досталось… это задание. Ты ничем не рискуешь. Прости, но в дом Лопухиных тебя ни при каких обстоятельствах не пригласят. То есть, никто не узнает, кто ты такая. А я… умею быть благодарной. Денег предлагать не буду, но как насчет… услуги? Любой услуги, в рамках приличий и моих возможностей.
Кажется, это слишком прекрасно, чтобы быть правдой.
С приступом жадности удалось справиться. Очень хотелось согласиться с предложением Ольги, не раздумывая. И прежняя я, скорее всего, рискнула бы всем ради услуги родственницы из императорского рода. Но Яра, воспитанная Ларисой Васильевной, не могла поступить опрометчиво.
Игра в фанты, глупое задание… Хорошо, если так. А что, если цель этого розыгрыша — не Лопухин? Посмеяться над стариком отпрыски боярских родов могут. Но не над тем, кто превосходит их по положению в обществе. Вероятно, посмеяться хотят надо мной. И, значит, планируют что-то, о чем мне не говорят.
Стать посмешищем ради дружбы с золотой молодежью? Не будет никакой дружбы, если я позволю себя унизить. Если помешаю планам — тоже. Так стоит ли соглашаться? А ведь я и о честном имени Николая Петровича должна помнить, если ношу его фамилию. Не хочется начинать жизнь в столице со скандала.
Нажить врагов или стать посмешищем. Или искать другой способ стать своей среди аристократов.
— Я могу подумать? — спросила я у Ольги.
Тень недовольства промелькнула на ее лице, однако губы растянулись в вежливой улыбке.
— Конечно, Яра, — ответила она. — Не понимаю, чего ты боишься. Но… подумай. Только недолго. Ты приходи сюда завтра, в это же время. То есть, не сюда, а в «Пышку».
— Завтра я собиралась в гимназию…
— Зачем? — вполне искренне удивилась Ольга, перебивая.
— Книги, форма, расписание, — перечислила я.