Нет, продержится она недолго. Достаточно ременные петли подрезать, зацепить за край, поддернуть, и дверь упадет внутрь. Но тем, кто внутри, так просто наружу не выбраться. Получится так же, как давеча с таранным сараем. Шесть бойцов, выстроившихся в две шеренги, могут хоть целую сотню держать. Если бойцы годные. А у Сергея они очень даже годные. И уже приготовились. Ждут.
Однако свеи пошли по другому пути. Послали разведчика на крышу. Через продух.
Минус Сергею, однако. Не предусмотрел, хотя мог.
Разведчик, впрочем, тоже минус. Машег был начеку. Причем не сразу сбил ворога, а позволил частично выбраться. Так что тело покойничка оказалось на крыше, а ноги — еще в продухе. Не был бы мертв, подкоптился бы, как свиной окорок.
— Траин, Бур, Наслав, Кочень — наверх! — крикнул Сергей, уже не скрываясь. Смысла нет. На соседнем дворе уже шло рубилово. С соответствующими звуками.
Сам он отбежал на десяток шагов и закинул пару стрел наугад в крохотное, с ладонь, окошко.
Попал или нет, неизвестно. В доме шумели так, будто там полноценный бой шел.
Подстреленного Машегом за ноги сдернули в дом, но на крышу никто не полез. Стрела в шее убитого выглядела очень красноречиво.
За дверь взялись всерьёз, и поскольку сдачи она не давала, уработали за минуту. И стоило ей упасть, как свеи метнули копья. Сразу три. Кучно. Все достались Виску. Три копья в щит — многовато даже для могучего гнома. Его снесло на стоявшего позади Бушуя. Строй разорвался, и сразу два свея прыгнули в дверной проем. Одному удалось прорваться и даже разок сунуть копьем Бушую, прежде чем свея прикончили. Второй продержался еще меньше. Споткнулся о высокий, почти по колено порог, и взмах Дёррудова меча разрубил ему шею и то, что на ней было. А была на ней аж золотая гривна, как выяснилось позже. Гривна Скельдума Щедрого. И шея тоже была его, Скельдума.
Это выяснилось, когда Нарви ногой перевернул убитого навзничь.
Он смог себе позволить отвлечься, потому что никто больше не спешил выбираться из саамской хижины.
А тут как раз вернулись хирдманы Торварда и приволокли парочку пленников.
— Дёрруд, крикни им, что нас тут пять сотен и у них две возможности: сдаться или сдохнуть, — сказал Сергей. — И пусть решают быстрее. Раньше, чем мы подожжем дом.
Нельзя сказать, что первый вариант был принят сразу. Оставшиеся без вождя свеи еще минут десять торговались, выжимая обещание, что их не только не убьют, но калечить и унижать тоже не станут. Нурманы — люди опытные. В общем, обещание они выторговали. Дёрруд и Грейп торжественно поклялись, взяв в свидетели Тора и Ньёрда, что не причинят сдавшимся вреда. При безоговорочной капитуляции, разумеется.