На ней Тобиас и он…
Боже, он насилует ее.
Блэк резко тормозит за моей спиной, я слышу его выдох. Тобиас вскидывает голову, отстранясь от Лилит, и смотрит прямо в глаза Блэку. На его губах расцветает довольная улыбка, будто он ждал нас, будто хотел, чтобы мы видели, что он с ней делает.
Первым приходит в себя Хантер, он отталкивает меня с прохода и рвется вперед, ударяя Тобиаса по лицу и скидывая его тело с хрупкой Лилит. Она не замечает нас, даже не двигается, черт, она словно вообще не дышит. Ее платье изорвано, она обнажена, я вижу синяки и… кровь между ее ног.
За спиной раздается всхлип, Блэк падает на колени, не веря своим глазам.
— М-Мэйсон… — произносит слабый голос, который становится будто бы спусковым крючком.
Я выхожу из оцепенения и с ревом бросаюсь на Тобиаса, отталкивая от того Хантера.
— Ублюдок! — кричу я, ломая ему нос. — Вонючая тварь!
Я бью и не могу остановиться. В моих глазах слезы, а Тобиас продолжает улыбаться окровавленными зубами. Эта мразь получил то, что хотел. Причинил ей боль, выбил из нее все желание жить. Она лежит как кукла, смотря в потолок. Боже, моя девочка. Прошу, умоляю, дай нам сил справиться с этим.
Из-за моего плеча появляется незнакомый нож и, прежде чем я успеваю понять откуда он взялся, Хантер нагибается, вгоняя его в плоть Тобиаса по самую рукоятку, ровно посередине глотки, там, где кадык.
А я больше не здесь, выпадаю из реальности, не знаю, что происходит вокруг, сконцентрировавшись на том, чтобы не оставить на этом мужчине ни единого живого места. Моя руки достают нож, а потом вгоняют его снова. Я режу ему горло, втыкаю лезвие в глаза, достаю и снова режу, и так по кругу. Мое лицо в каплях крови, Тобиас уже не жив, но я не в силах остановиться. Кричу и бью, кричу и бью. Две пары рук оттаскивают меня, но я вырывают и снова бью Тобиаса. Они поднимают меня, что-то кричат, но я не слышу, мой ботинок с подобным зверю криком приземляется на лицо Тобиаса, пинает его. Он похож на массу, его больше не узнать, но я знаю, что под всеми этими слоями крови и костями находится эта мерзость.
— М-Мэйсон?.. — еще раз зовет слабый голос, и я резко замолкаю, вскидывая голову.
Вокруг тишина или это я потерял слух? Я успел упасть на колени перед трупом и, не поднимаясь, переползаю через тело, еще больше вымазываясь кровью, и приближаюсь к кровати, спотыкаюсь, забираясь на нее и дрожащими руками беру в руки лицо Лилит.
— М-Мэйсон… — снова заикается она.
Из моей груди вырывается всхлип и, запустив руки в ее волосы, не боясь испачкать, прижимаю к своей груди.