Анвар закрывает глаза, и я слышу не стон, а скорее утробное рычание хищника.
— Иди ко мне, — велит он, останавливая.
Сев к нему на колени, я глажу его плечи, целую в шею, в скулу, в уголок губ. Он крепко держит меня, заставляя почувствовать своё возбуждение.
Я сползаю на пол и одним движением снимаю с себя кусок ткани, оставшись лишь в бюстгальтере и трусиках. Глядя прямо в его тёмные, горящие глаза, расстёгиваю ремень и следом молнию. То, что я делаю дальше, даёт мне пусть недолгую, но всё-таки власть над ним. Ни одна женщина в мире не знает его так, как я. Не умеет делать так, чтобы он рычал, зарываясь пальцами в волосы, сжимая их, наматывая на кулак.
Он кончает быстро и после берёт инициативу в свои руки и уносит меня в спальню. На несколько минут я забываю обо всём, потому что каждый раз отдаюсь ему без остатка. Отдаю ему всю себя.
Когда всё стихает и мы лежим на свежих простынях, приходя в себя, я понимаю, что вон он — тот самый момент, чтобы сказать о самом главном.
Прильнув к нему и проведя ладонью по волосатой груди, я шепчу ему:
— Анвар, я беременна.
Его тело каменеет. Я мгновенно чувствую, как напрягаются мышцы и его рука замирает у меня на спине.
— Ещё раз? — переспрашивает ледяным тоном, от которого кожа вмиг покрывается мурашками.
— Я хочу родить тебе наследника, — тороплюсь я. — Мальчика. Я бы хотела оставить этого ребёнка, пожалуйста…
— Как ты можешь быть беременной, если ты на таблетках? — перебивает он.
Он резко садится на кровати, а я тяну на себя одеяло, инстинктивно прикрываясь им как щитом от гнева.
— Я… помнишь, я болела? Температура была… я пропустила пару дней. Думала, что ничего страшного. Но вот так произошло, и это… чудо. Бог послал нам ребёнка.
— К Богу это не имеет никакого отношения. Это твоя безалаберность.
Опустив глаза, смотрю на смятую ткань. Я до последнего надеялась, что он смягчится, но этого не произошло. Не поднимаю головы, потому что по щеке течёт слеза. Я виновата, но, может быть, он позволит?
И Бог услышал мои молитвы. Анвар ласково берёт моё лицо в ладони, большим пальцем смахивает слезу, заставляет посмотреть ему в глаза.
— Милая, я тебя предупреждал, — говорит он тихо, нежно. — Я не хочу детей. Сейчас, в этой новой жизни, дети мне не нужны. Я хочу тебя. Всю тебя. Если ты умная девочка, ты всё сделаешь правильно.
— Я не могу, — шепчу я. — Он же уже во мне…
— Тогда тебе придётся выбрать, — Анвар гладит меня по волосам и заправляет прядь за ухо. — Либо я. Либо он. Но я знаю, какой выбор ты сделаешь, потому что ты всегда поступаешь правильно.