Не люблю форс-мажоры, но голос Касыма звучал так, будто случилось что-то серьёзное и нам придётся срочно что-то решать. Но всё оказалось куда проще: меня кто-то опередил и сдал Касыму. Он узнал о нас с Жанель ещё до моего прилёта. Такую реакцию я ожидал, но хотел всё сделать по-другому.
Я молчу несколько секунд, давая ему выговориться. Внутри меня — ни страха, ни вины. Только твёрдая, спокойная уверенность.
— Откуда ты узнал? — спрашиваю. — Я был максимально осторожен.
Касым горько сморщился, качая головой.
— Твоя бывшая жена мне позвонила. Она видела вас в стамбульском аэропорту. Вы обнимались…
Ему неприятно даже говорить об этом, а вот я лишь усмехаюсь.
— Значит, Наира решила вмешаться напоследок. Спасибо, что сказал, я приму меры.
— Тебя только это волнует?! — Касым повышает голос. — Ты! Как ты мог с ней?! Она была женой моего сына! Невесткой в моём доме! Она — мать моей внучки!
Я делаю шаг вперёд. Голос остаётся ровным, но внутри уже копится раздражение.
— Да, была. Была, — повторяю с нажимом. — Но в прошлом. Анвар сам её унижал своими связями с эскортницами, сам предал. И ты это прекрасно знаешь.
— Это не даёт тебе права! — Касым бьёт кулаком по столу. — Ты мой брат! Мой партнёр! Ближе тебя у меня никого нет, и ты подводишь меня! Спишь с… с… — он задыхается, не в силах продолжать, но это окончательно меня злит.
— Если на то пошло, у тебя нет права читать мне мораль, — перебиваю я, повышая голос. — Всю жизнь я поступал по совести и делал всё во благо семьи. Твоей в том числе. Когда ты изменял своей покойной жене, я знал об этом. Все знали. Но я молчал. Никогда тебя не осуждал. Не предавал. Ни разу. А сейчас, когда я наконец-то нашёл женщину, которую люблю, ты готов меня разорвать?
Мы уже почти кричим друг на друга. Касым краснеет, тяжело и учащённо дышит, и я вспоминаю, что он сердечник. Ещё одной смерти я не хочу.
В висках стучит кровь, но держу себя в руках.
— Ты хоть понимаешь, что это значит для семьи?! — качает он головой. — Для Аиши! Как отреагирует Анвар?
— Как отреагирует Анвар мне все равно. Он никто для Жанель, не забывай об этом. И не впутывай сюда Аишу, — жёстко говорю я. — Это наша с Жанель жизнь. Не твоя. Не Анвара. Наша.
Касым буравит меня яростным, разочарованным взглядом.
— А она? Она-то чем думает, ложась в постель с дядей бывшего мужа?
Я смотрю ему прямо в глаза.
— Я тебя не бью, потому что ты сердечник, — жёстко и грубо заявляю я. — Ты будешь уважать её впредь, потому что она станет моей женой. Нравится тебе это или нет.
Касым молчит несколько секунд, потом выплёвывает с горечью: