И от этого осознания мне хотелось выть.
Как только я вошла в просторную квартиру, пахнущую чистотой и цветами, которые Ария оставила в вазе, Ария довольно быстро собралась и уехала на съёмки. Выходила новая коллекция летней одежды, и она, как всегда, была в центре этого вихря: звонки, примерки, разговоры с дизайнерами, вспышки камер. Она поцеловала Лорелей в макушку и исчезла, оставив после себя лёгкий шлейф духов и ощущение, что дом снова опустел.
Вечер наступил так быстро, что я не успела понять, Лорелей в это время играла в гостиной. На фоне был включён телевизор с мультфильмом «Анастасия» и сцена, где героиня танцует в заснеженном дворце, и знакомая музыка лилась из динамиков. Лорелей была окружена десятками кукол и огромным домом для них, который, как я поняла, был сделан на заказ. Я никогда таких не видела в магазинах: трёхэтажный, с настоящим освещением — маленькие лампочки горели в каждой комнате, — с мебелью, с посудой, с крошечной едой на крошечных тарелках, с коврами, с картинами на стенах.
— Мамочка, — отвлеклась она, повернувшись ко мне. Её светло-русые волосы, что достались ей от Лилит, были собраны в небрежный пучок, из которого выбивались пряди, и на щеке красовалось пятно от фломастера, которое я вытерла пальцем.
Я устроилась на диване со стаканом густого, холодного, с плавающими кусочками малины и ежевики ягодного смузи, и стеклянной трубочкой, которая тихо звякнула о край стакана.
— Да?
— А мы летом поедем куда-нибудь? — спросила она, и в её голосе прозвучала детская надежда, которую невозможно подделать.
Я задумалась. Лето. Оно казалось таким далёким — за окном был апрель, серый и дождливый, — но Лорелей уже мечтала о солнце.
— Ты хочешь?
— Хочу к бабушке и дедушке, — сказала она, и её лицо засветилось. — У них такой красивый дом! Там озеро. И сад. И качели. И дедушка Аарон делает вкусные тортики с черникой. Огромные. Вот такие!
Она развела руки, показывая размер. Я улыбнулась.
Я никогда не была в доме Дианы и Аарона Аристонов — родителей Массимо, — но, если верить прессе, это было поместье хоть и в два раза меньше Моретти, но такое же уютное.
— Тебе нравится у них? — спросила я.
— Мы часто ходим на озеро, — начала Лорелей, откладывая куклу в сторону и подтягивая колени к груди. — А ещё мы ездили в Фин… фин…
— В Финляндию? — уточнила я, пряча улыбку.
— Да! — она кивнула так энергично, что пучок на её голове закачался. — Мы там были зимой. Там снег. Много-много снега. И мы катались на санках. И пили горячий шоколад с зефиром.
— Зимой там действительно красиво, — сказала я. ― Я была в Финляндии несколько раз в детстве