Белый «Линкольн» пересек границу штата Теннесси ровно в шесть часов утра, когда над зелеными холмами Аппалачей только-только занимался туманный, свежий летний рассвет.

Фредди въехал в пригород Нэшвилла, сбрасывая скорость перед каждым светофором, чтобы не изнашивать тормозные колодки. На Нижнем Бродвее в этот ранний час было тихо. Неоновые вывески баров уже погасли, на асфальте валялись пустые жестяные банки и обрывки вчерашних газет, а редкие дворники лениво махали метлами, перерасходуя казенный нормо-час.

Машина мягко повернула в тихий переулок и замерла ровно напротив новенькой, пахнущей свежей олифой вывески: «КРЮГЕР & ПАРТНЕРЫ. Точная механика, акустика, ремонт».

На крыльце мастерской, кутаясь в тонкую шаль, сидела Мэри. Рядом с ней, нервно дожевывая свою неизменную сигару, на перевернутом ящике из-под кока-колы сидел Боб со студии RCA. На верстаке у приоткрытых ворот хмуро курил папаша Билли, держа в руках тяжелый гаечный ключ. Они сидели здесь с самой ночи, с того момента, как черные седаны федералов увезли Фредди в неизвестном направлении. Местная рабочая интеллигенция Нэшвилла своих в обиду давать не привыкла, и они уже всерьез обсуждали план штурма окружной тюрьмы с помощью ломов и дизельных грузовиков лесопилки.

Когда огромный белый правительственный «Линкольн» со свистом остановился у крыльца, папаша Билли инстинктивно перехватил ключ поудобнее, ожидая нового наезда гэбистов. Но когда тяжелая дверь из белой кожи распахнулась и оттуда спокойно, солидно вышел Фредди Крюгер со своим брезентовым чемоданчиком в руках, на переулке воцарилась немая сцена.

— Фредди! — Мэри сбросила шаль, сбежала по ступеням и мертвой хваткой вцепилась в его полосатый шерстяной свитер.

— Боже мой, Фредди… Ты живой! Они тебя не заперли? Боб говорил, что эти люди из Нью- Йорка никогда никого не отпускают!

— Здравствуй, Мэри, — Фредди Савельевич аккуратно, без лишнего пафоса высвободил свой рукав, бережно похлопав девицу по плечу.

— Ну чего ты сырость разводишь на производстве, родная? Куда они меня запрут? У них там в ведомстве правовая база на уровне детского сада, а главный инженер — одноглазый полковник, который правила ТБ вообще в глаза не видел. Устроил мне там ревизию…

Пришлось провести с ними краткий курс политэкономии и материаловедения методом принудительного отключения центрального распределительного щита. Наощуп приказ об освобождении подписывал, как миленький. Порядок должен быть везде, независимо от политического строя.

Папаша Билли медленно опустил свой гаечный ключ, дикими глазами осматривая роскошный министерский автомобиль.