Наутро Фредди уже подпирал плечом ворота автосервиса «У папаши Билли» — заведения на окраине, где цивилизация робко махала ручкой на прощание. Место дышало поэзией распада: три ржавых бокса, погребённых под курганами лысых покрышек, отставные бочки из-под "Пеннзойла", истекающие маслом, и — гвоздь программы — масляно поблёскивающий «Додж Чарджер» 1971 года.

Из-под капота Доджа торчала филейная часть детины в комбинезоне такой степени загрязнённости, что ткань уже можно было официально считать деталью двигателя. Оттуда же вырывался отборный американский мат вперемешку с глухими ударами молотка по чугунному блоку — звук, от которого любой инженер поседел бы досрочно.

— Слышь, хозяин, — спокойно окликнул Фредди, засунув руки в карманы с невозмутимостью человека, знающего, чем всё кончится. — Ты так весь блок в щебёнку разнесёшь. Чугун побоев не прощает — натура хрупкая, ранимая. Тут не молотком душу отводить надо, а шпильку крепления коллектора ослабить на четверть оборота. Её от нагрева повело — вот клапан и закусило.

Удары стихли. Из-под капота медленно выдвинулась заросшая физиономия папаши Билли — ветерана- реднека с флотской татуировкой на плече и гаечным ключом на изготовку.

— Ты ещё кто такой, заморыш? — недружелюбно сощурился Билли, вытирая пот ветошью, которая пачкала сильнее, чем вытирала. — Колледжский очкарик, что ли? Проваливай, не мешай мужикам страдать. У этой Хеми- душа самого дьявола, её три дня назад заклинило намертво, и никакая твоя шпилька тут не пляшет.

Фредди подошёл ближе. Он коснулся крыла «Доджа», уловив тончайшую вибрацию остывающего металла. Его обострённые чувства обходились минимумом- пальцы, перекроенные новой физиологией, считывали плотность железа не хуже дорогого ультразвукового дефектоскопа, только без счёта за электричество.

— Душа тут ни при чём, Билли, — Фредди ухмыльнулся, и в глазах блеснул тот азартный огонёк, что горит у мужика, точно знающего, где собака зарыта. — Тут чистая геометрия. Твой водила залил в неё масло по цене лимонада, каналы заросли нагаром, и третий цилиндр остался без смазки, как турист без воды в пустыне. Дай ключ на четырнадцать и ведро под слив. Через полчаса твой «Додж» задышит, как младенец после первого шлепка. А с тебя — десять долларов и вон те списанные медные радиаторы в углу. По рукам?

Билли смачно сплюнул на пол, оценивающе оглядел худощавого, но подозрительно спокойного парня и протянул тяжёлый ключ:

— Ну давай, умник. Но если через полчаса этот бегемот не оживёт — я лично познакомлю тебя со своими доберманами. Они любят колледжских.