Карета остановилась в конце улицы. Мы вышли и увидели большую площадку под навесом. Рядом находилось внушительных размеров здание. Судя по траве и небольшим кустам, растущим на крыше, оно давно стояло без дела.
– Это бывшие конюшни королевских гвардейцев. Несколько лет назад построили новые, а эти оказались никому не нужны. Вот и стоят с тех пор. – Ланзо сиял, как лампочка, рассказывая историю этого здания. – Здесь гвардейцы выгуливали и тренировали лошадей, – он показал на площадку. – Мы с ребятами, как только вспомнили о них, сразу поехали осматривать. Пока там, конечно, разруха и запустение, но…
Он поднял указательный палец вверх и посмотрел по очереди на каждого из нас.
– Отдают за бесценок. Тысяча серебряных. Мы все узнали, – закончил он многозначительно и выгнул грудь от гордости.
– Действительно дешево, пойдемте посмотрим, – Адлар шагнул первым. Затем повернулся ко мне. – Не хочешь в карете подождать? Вдруг балка упадет или еще что.
– Ничего подобного. Несмотря на неказистость, все добротное. Лично проверил, – Ланзо отчаянно замотал головой. Судя по его виду, он и впрямь здесь все обследовал и остался доволен.
Развлечений у нас немного, зачем отказываться от изучения бывших конюшен? И я, кивнув Адлару, направилась с ними.
Итак, двойные распашные ворота такого размера, чтобы всадник, не задевая головой, мог свободно въехать или выехать. Внутри длинный и широкий проход, а с обеих сторон загоны для животных. Разделяющие их доски отсутствовали, а внутри лежала почерневшая от времени солома. И создавалась неприятное впечатление, будто в ней кто-то копошится.
– Истинные господа, на это не смотрите. Мы все вычистим. Главное, глядите, какие просторы! Да сюда можно несколько карет разом загнать. И печи есть, путь некоторые камни и вывалились, починить их легко. Строили добротно.
Я оглядывалась по сторонам и старалась не отходить от центра. Мало ли какой грызун выпрыгнет. А друзья, как горошины, разбрелись по разным углам. Внимательно рассматривали стены и даже простучали некоторые. Откуда такая хозяйственность в них взялась, неясно.
– Молодец, Ланзо! Лучшего нам не найти, – Адлар похлопал дознавателя по плечу. – Осталось решить вопрос с деньгами и то, на кого оформляем это все.
Деньги. Если мы скинемся по двести пятьдесят монет, то сможем выкупить здание. Но у Волдо это единственные деньги, и ребенок на руках, и ясности будущего нет. Отец Бенедикт. Тоже не хотелось бы лишать его столь вожделенных монет. Помню, как он с замиранием сердца первый раз их взял в руки. Остаемся мы с Адларом. У нас осталось после трат на семьи детей около пятисот монет у каждого. Я с легкостью их вложу. Но тогда не останется совсем ничего на ремонт и закупку всего необходимого. А не потрясти ли швею? Наверняка у нее уже накопилась некая сумма.