– Ты… вернее я… давай держаться вместе. Нет, не так… – он вновь сорвался с места. – Петра! Давай сговоримся не расставаться. Сейчас мне нечего тебе предложить. Но обещаю, клянусь все изменить, – он придвинул стул поближе и почти навис надо мной.
– Ты замуж меня зовешь?
Я и раньше замечала особенности в отношении Адлара ко мне. Он первым подавал руку или приоткрывал передо мной дверь. Всегда держался ближе остальных. В столице, когда покупали мне обувь, сам расплатился. Вроде мелочи. А вот сейчас припомнила их все и сложила в единое целое. Ой, неспроста он так себя ведет. Неужели влюбился?
– В моем положении это неуместно. Я ссыльный, почти арестант. Но как только выберемся…
Адлар ёрзал на стуле, коленями сжал ладони, избегал взглядов. Нет, определенно, здесь замешаны чувства.
– Это помолвкой называют?
Нет бы промолчать! Просто этот вопрос мне как-будто не рассказывали, или я подзабыла после болезни.
– Помолвка – это с кольцом. А я же… – он тяжело вздохнул и опустил плечи. – Ну так что? Ты согласна?
Еще бы знать, что он имеет в виду. А что я? Мне очень нравится его компания. Да чего уж там. Я впервые в жизни, не считая бабушки, почувствовала заботу о себе. Адлар меня оберегал с самого начала. Ведь именно он в момент нашего знакомства заступился за меня и не отдал храмовникам. Хотя Волдо его и подбивал.
Опыта общения с мужчинами у меня совершенно не было. Но это не мешало замечать очевидные вещи. Кроме всего прочего, Адлар знал про мое попаданство. Любую мою оплошность он принимал как должное. А коснись кого другого? Смогу ли я постичь все тонкости этого мира и не выделяться среди других? Что-то я сомневаюсь. К чему мне лишние подозрения, ложь и оправдания. Не так я себе брак представляла.
Ну и последнее. Госпожа Аналиса, мама Адлара, чудесная женщина! Ни тебе высокомерия или фырканья. А ведь я впервые предстала перед ней в наряде служанки! А какая деятельная. И, в отличие от мужа, не отреклась от сына. Замечательная из нее свекровь получится! Надо соглашаться.
– Я согласна! – тихо произнесла и прикрыла лицо одеялом. Потому что застеснялась, и щеки запылали.
– Тогда поправляйся. И будем выбираться отсюда. Хватит на выселках жить.
Лицо Адлара сияло. Он вновь забегал кругами, но уже в другом настроении. Нервозность ушла из его движений, а на смену пришла уверенность и расчетливость. Сцепив руки за спиной, он расхаживал и говорил, что нас ждет много работы. Для начало нужно вылечить всех в его землях, ну и тех, кто приехал за спасением. Затем переедем в поместье Волдо. Ну и пусть он там сейчас не хозяин. Что это меняет? Люди-то остались.