– Алис, - голос Моники утонул в рыке Себастьяна.
– Брат, в чем дело?
К нам присоединились подруга и император. Беглый взгляд друг на друга и оба уставились на ректора Академии.
Несколько коротких фраз, и Моника бледнеет, а Себастьян делается мрачнее осеннего неба.
– И что теперь делать? – Шепнула подруга в тишине.
В метре развлекались, веселились, смеялись, а нас будто накрыло грозой.
– В кабинете имеется маятник, питаемый магическим источником, - подал голос взбешенный Коннор, - он укажет путь к детям.
– В кабинет! – Постановил император.
Коннор сурово бросил гувернерами ждать здесь, подхватил меня под локоть и повлек в коридор. Моника и Себастьян тронулись следом.
Камин потух. Свечи вспыхнули ослепительно ярко. Под потолком свистнул сквозняк. К ритуалу поиска всё подготовлено.
Коннор уверенно двинулся к полкам, взял маятник и вернулся на середину кабинета, встав точно в центр расчерченной на полу пятиконечной формулы с рунами в острие. Маятник в его пальцах на тонкой серебряной цепочке – завис без движения.
Я, Моника и Себастьян застыли у стены в напряжении. Десять минут назад мы ворвались в кабинет, ректор немедля вычертил на полу особый узор, разжег свечи, задернул портьеры и велел не шевелиться.
Искусав губы до крови, я едва сдерживала предательские слезы и неотрывно следила за мужем.
Пусть он найдет близнецов. Пусть. И я прощу лорда Торнота. Прощу за всё. Только бы вернул мне Эрин и Ларка.
Воздух уплотнился, похолодел.
Пламя свечей вытянулось в высокие прямые линии.
Все звуки погасли.
Моника стояла рядом: бледная и растерянная. Она сама не заметила, как вцепилась в рукав камзола императора и сжала. К счастью, у Себастьяна хватило такта промолчать.
– Магическая стена сплетена очень искусно, - подал голос мой муж. Он неотрывно водил над маятником ладонью. – Но недостаточно.
Из-под подошв дракона плеснули клубы густого тумана. Символы формулы вспыхнули багровым заревом. В следующий момент маятник начал тихонько раскачиваться.
Я зажала рот ладонями, чтобы не закричать: «где мои дети?».
Маятник метало из стороны в стороны, туда-сюда, туда-сюда, и вот артефакт резко накренился к двери и застыл.
– Направление определено, - в мертвой тишине кабинета голос Коннора звучал низко и грозно. Драконьи глаза полыхали бледно-синим огнём. – Дети в самом центре Сантильи. На северо-западе.
Мы посторонились, пропуская его в коридор. Себастьян жестом предложил нам идти за Торнотом:
– Я вас догоню.
Мы поторопились к лестнице за отцом близнецов. Маятник вёл на первый этаж, к главному холлу. Только у парадного входа я и подруга спохватились, что забыли взять теплые вещи. Коннор бесстрашно шагнул во вьюгу и сумерки. Это нормально. Мороз не причиняет драконам вреда, совсем другое дело мы – слабые человечки.