Я растерянно моргнула, не понимая, почему его темный тоскливый взгляд вдруг отозвался внутри приступом боли.
– Форпост стал мне домом на пять с лишним лет. Ни увольнительных, ни выходных. Отказ за отказом на рапорты о переводе. Сотни сражений, тысячи бессонных ночей. А потом то ранение, которое чуть меня не угробило. Военный госпиталь, почти полгода без магии. – Муж наморщил лоб, словно не хотел продолжать. – Там я и познакомился с молоденькой практиканткой Мелией Далор.
Упоминание его любовницы отозвалось в душе болезненной горечью.
Только и смогла глухо шепнуть:
– У вас сразу же закрутился роман.
– Не сразу.
Вздёрнула бровь.
– Мелия отчаянно стремилась привлечь мое внимание, приходила в госпиталь в откровенных нарядах. Мельтешила в палате.
– И ты поддался?
Он рвано выдохнул, смещая ладонь мне на щеку. От тепла сильной руки сердце пропустило удар.
– Лечащий доктор намекнул, что регулярная близость поможет восстановлению намного быстрей.
– О.
Пальцы, сжимавшие юбку, замерли от боли в костяшках.
– Мы с Мелией вместе три месяца, Алис. Впрочем, - уголки губ главы Академии холодно дрогнули, - ты себе в удовольствии тоже не отказывала. Магистр Блум более чем красочно описал ваши бурные ночи.
– Что?
Я отскочила от дракона, как ужаленная. Голос сорвался.
Он с недоумением опустил руку, нахмурился.
– Дерил. Твой любовник. Охотно поделился на первом же совещании, как часто и в каких позах вы занимаетесь любовью. То в твоей городской квартире, то в его. И даже в академическом лазарете.
У меня челюсть отвисла.
Я зябко поежилась, не в состоянии унять мелкую дрожь. Нет, дело не в низкой комнатной температуре, и не в зиме за окном. Холод, сковавший тело колючим льдом, исходил изнутри. Магистр Блум выдумал всю эту грязь? Богиня. И этого мужчину я чуть не навязала детям в отцы.
Открытые драконом подробности не укладывались в голове.
Сухой воздух жег горло, озноб колотил всё сильней.
Я крепко зажмурилась.
Впрочем, оправдываться или разубеждать бывшего мужа в том, что каждое произнесенное Блумом слово – от начала и до конца – бесчестная ложь, я не стремилась. Пусть верит во что хочет.
В конце концов, он сам не безгрешен. И пусть любовная связь с Мелией во многом была обусловлена медицинской необходимостью – простить это почти невозможно.
– Алис? – Хриплый озадаченный рык напомнил, что в гостиничном номере я не одна.
Тряхнув головой, быстрым шагом пересекла комнату и отдалилась к окну, отчаянно мечтая вырваться из липких сетей. Куда угодно. Лишь бы не ощущать пронизывающий жаром пристальный мужской взгляд. Повсюду: на макушке, между лопаток, на бедрах.