— Разом! Навались! — рыкнул Святогор. Бронзовый штурвал, содрогнувшись, издал оглушительный стон. Древняя смазка лопнула. Внутри бетонного массива заставы что-то гулко ухнуло, зашипели стравливаемые сбросные клапаны, и огромная стальная решетка-гермозатвор над их головами вздрогнула. Многотонная стальная домовина начала медленно, со скрежетом и грохотом подниматься вверх, осыпая на них тонны синего льда и вековой грязи. Но одновременно с этим из темно-серой тучи Моры на заснеженную дорогу выскочили первые тени.
Глава 17. Суррогаты прежней Империи
Твари Нави. Суррогаты Прежней Империи.
Они вываливались из серой, клубящейся пелены Моры нестройной, лязгающей сворой. Это были чудовищные, богомерзкие гибриды: промерзшая мертвая плоть, намертво сросшаяся с ржавым стальным прокатом, зубчатыми передачами и сплетенными под действием энтропии приводными тросами.
Впереди, взметая снежную крошку, мчалась тварь, отдаленно напоминающая огромную, трехметровую гончую. Вместо передних лап у нее с лязгом ходили ржавые поршни тяжелых гидродомкратов. Вместо головы на изуродованной шее топорщился перекошенный, покрытый зеленой патиной латунный корпус вычислителя. В его стеклянных окулярах яростно, немигающе горели красные линзы. За гончей из тайги вываливалось еще с полдюжины таких же изломанных, лязгающих бестий, несущих с собой мертвенный холод и запах разложения.
— К машине! — ревел Святогор, выдергивая трехгранный лом из бронзового штурвала. — Никифор, Тимка — в кабину! Заводи дизель!
На крыше жилого модуля Марья уже прижала приклад тяжелого струномета к плечу. Девчонка не суетилась. Она сделала короткий выдох, останавливая дыхание, и поймала в прорезь прицела красные линзы вожака.
Щелк-ДЗИНЬ!
Каленый стальной срезень, выпущенный со страшной силой натянутых рессор, со свистом рассек морозный воздух. Болт с хрустом пробил лобовую латунную пластину передней твари. Суррогат-гончая споткнулся, из пробитого вычислителя ударил фонтан черной, маслянистой сукровицы вперемешку с искрами, но тварь не остановилась. Она продолжила нестись к грузовику, оглашая тайгу жутким, режущим уши ультразвуковым визгом.
Святогор правой рукой нащупал на поясе наборную рукоять плазменного кладенца. Большой палец вдавил тугой пусковой ригель.
ВЗУХ-РОКОТ!
Над заснеженной дорогой с густым, электрическим гулом вспыхнул метровый клин золотисто-синего огня. Плазменное лезвие, запитанное от чистого Южного Янтаря, резало Стынь, плавя падающие снежинки и превращая их в мелкие капли кипятка, которые тут же с шипением испарялись на раскаленном металле гарды.