Глава 10. Клыки Моры
Сухой, яростный шелест в зарослях папоротника прекратился мгновенно, сменившись звенящей, неподвижной тишиной. Споровики замерли перед броском.
Святогор стоял на верхней ступени бетонного крыльца заставы, не сводя взгляда с бледной, лишённой шерсти головы вожака стаи. Окуляр Ловчего с тихим стрёкотом фиксировал тепловые контуры тварей, бесшумно окружавших мытный пост. Их было не меньше десятка — бледные, мускулистые бестии, приспособленные для скрытной охоты в густых болотах Моры.
— Назад не отступаем, Марья, — шёпотом произнёс Святогор, кладя ладонь на эфес. — У ступеней преимущество по высоте. Держи левый фланг.
ЩЁЛК-ДЗИНЬ!
Марья ответила выстрелом. Тяжёлый стальной болт со свистом рассёк влажный воздух и вошёл точно между фиолетовых глазных впадин вожака. Тварь даже не успела издать звука — её тяжёлая туша рухнула на обледенелый бетон, окрасив прелую траву тёмной, дымящейся кровью.
В тот же миг стая сорвалась в атаку.
Остальные Споровики прыгнули одновременно, бесшумно, словно серые тени. Святогор выхватил плазменный кладенец. Золотисто-синий луч с гудящим шипением прорезал болотный туман. Шаг вперёд, уход с траектории прыжка — и плазменный клинок наискось рассёк тело первого нападающего. Запахло палёной плотью, озоном и едкой, кислой кровью, которая с шипением закипела на лезвии.
Святогор двигался в рваном, тактически выверенном ритме. Никаких лишних замахов — только короткие, тяжёлые уколы и рубящие удары сверху вниз, отсекающие тварям бледные лапы. Марья работала за его спиной, ведя непрерывную стрельбу из струномёта. Её калёные стрелы без промаха укладывали бестий на ступенях заставы, не давая им обойти Святогора с флангов.
Но стая была голодна. Запах свежей крови лишь раззадоривал оставшихся тварей, которые лезли по трупам своих сородичей всё выше к дверям мытного поста.
Шум боя мгновенно донёсся до ангара. Никифор и Степанна отреагировали без промедления. Старик, превозмогая ноющую боль под свежими шинами на рёбрах, полез по лестнице жилого модуля на крышу «Урала», к кольцевой турели факеломета. Степанна рванулась к кабине, на ходу захлопывая бронированную дверь.
— Давление давай, Ивановна! — закричал Никифор сверху, наводя медный ствол на заросли папоротника у правого борта. — Прокачивай магистраль!
Степанна прыгнула на сиденье и до упора потянула рычаг ручного нагнетателя топлива. Манометр на приборной панели дрогнул.
Три Споровика, обойдя заставу с тыла, выскочили из тумана прямо перед медным капотом грузовика. Их длинные тела пружинили на бетоне, а когти со скрежетом полосовали по резине огромных шин, пытаясь прорвать армированный корд.