Дверь кабины с визгом промерзших петель отворилась. Внутрь ворвался морозный воздух, обжигающий гортань запахом сухого снега и старого железа. Святогор спрыгнул на бетон. Подошвы сапог заскрипели по оранжевой корке Ржавой Пыльцы. Сзади со стуком откинулся подножный шаг жилого модуля. Вывалился Никифор, закутанный в тулуп. На поясе — разводной ключ и паяльная лампа. Тимка тащил железное ведро с графитовой смазкой.

— Вон она, пыльца-то... — Никифор сплюнул. Слюна замерзла в полете, звякнув о плиту мелкой горошиной. — Если в картер попадет — масло в кисель превратит. Тимка, не зевай! Протирай ветошью сальники ступиц!

Они прошли вдоль левого борта. «Урал-Молот» смотрелся среди заброшенного причала как дикий, обросший броней зверь. Деревянный терем-модуль, пропитанный дегтярно-дубовым варом, потемнел от гари. На бортах висели запасные траки, ручные лебедки и канистры.

Святогор заглянул под бронированный поддон двигателя. Из-под гидроусилителя шла тонкая струйка пара — рабочий цилиндр был горячим, смазка держала давление. Но на стремянках рессор образовался толстый слой наледи.

— Никифор, тут отстучать надо, — Святогор указал на правый передний амортизатор. — Наледь рессору заклинит — лист лопнет.

— Сделаем, Ловчий, — старик достал зубильный молоток. — Тимка, давай ветошь с соляркой! Отогреем пальцы, закрутим гайки, пока металл от мотора теплый.

Святогор выпрямился. Прямо перед ними в толще берегового скального массива темнел исполинский зев подземного въезда. Над ним сохранилась потускневшая литая надпись: «ЯКУТСКИЙ ПЕРЕКАЧНОЙ УЗЕЛ №3. ВХОД ТОЛЬКО ПО ПРОПУСКАМ». Въезд закрывала огромная двустворчатая клеть — решетчатые ворота из толстостенных швеллеров. Ворота заперты на тяжелый имперский засов. Снизу створки примерзли к бетону намертво — толстый намывной лед образовал монолитный бруствер. От ворот веяло тяжелым, затхлым сквозняком Подземной Нави. Пахло сырой глиной, ржавым железом и въевшейся в бетон Морой.

Святогор положил ладонь на ледяную рукоять пневматического наруча. Стальной гарпун покоился в гнезде. На правом боку ждал своего часа плазменный кладенец.

— Ну что там, Святогор? — раздался сверху голос Марьи. Девушка стояла на крыше модуля, прижав приклад струномета к плечу. Меховой капор затянут до самых глаз.

— Проход закрыт. Лед держит ворота крепче замка, — ответил Святогор. — Без паяльных ламп и ломов не поднимем. Пробивать бампером — рискуем погнуть раму.

— Вон там, сбоку, калитка была, — Степанна подошла к нему с медным масляным фонарем. Желтое пятно выхватило небольшую железную дверь в бетонной стене. — Людской ходок. Через него проходили путевые обходчики. Если засов не закипел насмерть — сможем пройти пешком и посмотреть, что внутри.