Он смолк.
Туман перед нами рассеялся, и в рассветных лучах предстал мост.
— Как такое возможно?.. — открыл рот Виктор.
— Чумная Природница сделала новый мост, — зашептались мужики.
На самом деле Ангелина вернула мосту прежнее состояние — до гниения. Теперь он выглядел так, будто его только что построили: светлые обтесанные брёвна, крепкие перила, даже запах свежей древесины.
И пока все пялились на обновлённый мост, няня проследовала к своему экипажу, опять пыхтя трубкой на ходу.
С её пальцев капала вода, а тыльные стороны ладоней выглядели жутко: тёмные, в плесени и мелких грибницах.
Перед тем, как усесться в экипаж, няня обернулась и улыбнулась мне.
— С гнилью у меня разговор короткий, ты же знаешь! — повторила она, после чего так же ловко скрылась внутри салона и захлопнула дверь.
Шофёр-бородач снова перекрестился и глянул на меня.
— Никого не боюсь, Ваше Сиятельство! Никого, окромя комаров и Чумных Природниц! Вот вам крест!
Мы наконец расселись по экипажам и снова отправились в путь. Мост выдержал все тяжёлые машины, даже не скрипнул.
— Твоя няня меня порой пугает, — тихо сказала Нонна, когда мы пересекли реку. — Меня все старые травники пугают, но твоя няня — особенно. Ушла бы уже на покой, а она вместо этого…
Экипаж резко остановился, и Нонна чуть не съехала с сиденья на пол, но вовремя успела ухватиться за поручень.
— ОСТОРОЖНО! ТУТ ЛОВУШКА! — услышали мы выкрик из кабины шофёра. — Это деревенские темень навели! Ни зги же не видно! Вот болваны! От кого тут обороняться-то⁈ Глухомань стра-а-ашная! Кто сюда сунется?
Потом послышался торопливый и негромкий голос моего помощника Виктора:
— Мы же сунулись! Но это недоразумение! Сейчас договоримся! Сейчас, сейчас, это просто недоразумение… ой, простите, споткнулся… ничего ж не видно! Вот ироды неблагодарные!
Прошло меньше минуты.
Я даже вылезти из экипажа не успел, как машина опять тронулась и ровно затарахтела маго-паровым двигателем, а за ней — и остальные.
Наполовину сдвинув шторку, я глянул на улицу за окном, чтобы хоть немного разглядеть деревню Усть-Михайлово, рядом с которой мне предстояло жить, но ни черта не увидел.
Темнота стояла такая, будто вместо рассвета опять наступила ночь. Значит, деревенские устроили тут Мглистую Ловушку — элементарное заклятие от лихо-мага. Для всех чужаков, видимо. В том числе, и для меня.
И главное — ни одного фонаря, чтоб их!
Ни единого источника света! Даже в окнах домов! Будто едешь по кладбищу.
— Ничего, Илья… ничего… ты тут ненадолго, — зашептала Нонна, но в её голосе я всё-таки уловил панику. — Ты же дворянин, а твой предок столько сделал для этих мест, поэтому никто не посмеет тебя тронуть…