— Когда нам телеграфировали, что на твой вагон напали колдуны, то я решила навестить тебя безотлагательно! — сказала Нонна. — И как я рада, что ты не пострадал. Наша семья благодарна всем, кто оказал тебе помощь!
— А как ты успела до меня добраться? — нахмурился я.
Нонна многозначительно на меня посмотрела.
— Помнишь мою лучшую подругу Марьяну Дюжевскую? Ну ту, которую ты мило называешь «техноведьмой». Так вот. Пришлось воспользоваться её экспериментальным летательным аппаратом. — Она хмыкнула и добавила: — И это не метла, если ты так подумал.
Нонна вполне сносно изображала человека без депрессии, даже пыталась шутить.
И, будь мы одни, то она уже бы рассказала, зачем на самом деле явилась на станцию, но этикет обязывал её соблюдать правила.
Сначала я представил девушку своему новому знакомому. Если честно, мне захотелось прикрыть её ширмой, чтобы паршивец Сердцеед не повлиял на Нонну своей неукротимой харизмой.
Ну а тот уже включил свой дар на полную мощность.
Даже с перебором.
— Нонна Евграфовна, — начал он мягко и любезно, — ваше присутствие превращает этот невзрачный перрон в произведение искусства. Я создал сотни артефактов, но ни один из них не сравнится с вами по силе красоты. Похоже, мне придется создать ещё один артефакт, и знаете какой?
Нонна опешила от такого напора.
Настолько опешила, что позволила себе поддаться на провокацию этого засранца.
— И какой же, позвольте узнать?
Эл смущённо улыбнулся.
— Артефакт, чтобы немедленно забыть вас, если вы не согласитесь поужинать со мной сегодня же.
Я покосился на Эла.
Вот это заход. Неплохо.
Можно было бы даже похвалить, если бы объектом соблазнения не была моя двоюродная сестра.
Взглядом я дал Элу понять, что никакого «поужинать» ему сегодня не светит, и если Нонна всё же клюнет на его дар Сердцееда, то мне придётся вмешаться.
Но тут Нонна ответила ему сама, вполне чётко и ясно:
— Прошу простить, Лаврентий Дмитриевич, но я сегодня занята. И завтра. Думаю, я буду занята всё время, пока вы живы.
Тот опешил.
Настолько опешил, что приоткрыл рот и качнулся в сторону. Опьянение к нему внезапно вернулось.
— А… э-э… а послезавтра?.. — начал он.
— Ну если вы собираетесь дожить до послезавтра, Лаврентий Дмитриевич, то я тоже буду занята, — мрачно обозначила Нонна: депрессия снова взяла над ней верх. — Искренне прошу меня извинить. Однако я распоряжусь прислать вам подарок в честь нашего знакомства.
Наверняка, так сурово и по этикету Бога Женщин ещё ни одна женщина не отвергала.
А ведь я уже приготовился наблюдать, как Нонна мгновенно влюбляется в Сердцееда и собирается упасть в его объятья, но что-то пошло не так.