– И никогда, – глядя в пол, сказала Дагмар.
Пауль недоуменно взглянул на брата, и тот все рассказал, безуспешно пытаясь смягчить страшные вести.
Пауль лишь открыл рот, но ни звука не произнес.
– Не сокрушайся, Паули. – Голос Дагмар был мертвый. – В этом городе живым евреям ничуть не лучше, чем покойникам. И потом, всем нам недолго осталось, верно?
– Нет, не верно, – ответил Пауль. – Настанут другие времена, надо только дождаться.
Отто не выдержал.
– Дождаться? – взвился он. – Мы и так все ждем-пождем, а что толку? Надо что-то делать !
– Старая песня, да? – ответил Пауль. – Что ты сделаешь? Отметелишь еще одного штурмовика? По-моему, это пройденный этап.
– Не волнуйся, есть план получше, – огрызнулся Отто.
– Да ну? Какой?
Отто сидел на отцовском винтовом табурете, но теперь вскочил, взглядом сверля брата.
– Я убью Гиммлера, – сказал он.
– Что?!
– Что слышал.
Пауль оторопел.
– Из-за убийства нациста начался сегодняшний погром!
– Думаешь? – усмехнулся Отто. – Что-то я сомневаюсь. Просто они искали повод и легко нашли бы другой.
– Да, но…
– Никаких «но»! Пора дать сдачи, Паули. Иначе это навсегда. Я долго думал. В следующем месяце я заканчиваю школу. Знаешь, что я придумал? Будет шикарная церемония, потому что мы – первый выпуск. Гиммлер хочет приехать.
– Сам Гиммлер?
– Именно. Черный Генрих, глава СС. Школа – детище СС, и он толкнет речь. Если из оружейки стащить пистолет, на параде я смогу прикончить гада. Понял? Я убью Гиммлера!
– Что ты несешь! – рявкнул Пауль. – Это недопустимо!
– Назови хоть одну вескую причину.
– Я назову самую вескую: Дагмар.
– Дагмар?
Оба посмотрели на возлюбленную. Та сидела на полу, привалившись к кушетке. Вся в своих мыслях.
– Она самая, – прошипел Пауль. – Даже если ты исполнишь свой план, что вряд ли, тебя сразу схватят. И что будет с Дагмар?
Отто покачал головой и плюхнулся на табурет.
– Да, – сказал он. – Верно.
– Конечно, верно. Ты – ее единственный шанс, Отт. Другого не будет. Ситуация та же, что и два года назад, когда ты водил ее на Игры и все такое. Ты немец. Да еще воспитанник «Напола». Пойдешь в армию. Если станет совсем плохо и понадобится спрятать Дагмар, никакой еврей с этим не справится. Ты немец , Отт, у тебя документы, ты можешь делать что угодно. Совершать покупки. Путешествовать. Дагмар в тебе нуждается. Тебе не спасти всех евреев, но, может быть, спасешь одного человека, который нам дороже всех на свете.
Отто взглянул на Дагмар. Та уставилась в кружку. Казалось, она даже не слушает.
– Конечно, ты прав, – покаянно сказал Отто. – Об этом я не подумал.