Дагмар потрясла пуговицы в кулаке, а потом одну за другой выронила на туалетный столик – дзынь, дзынь, дзынь .
– Наконец-то жертва не я, – прошептала она. – Кто-то другой увидел сапоги перед глазами.
Дагмар угостила его сигаретой «Житан».
Такое бывало часто. Но в этот раз – иначе. Сногсшибательно иначе. Она сама прикурила сигарету. Зажала ее пухлыми губами, сделала затяжку и передала Отто.
Губы его прикоснулись к тому, чего только что касались ее губы.
От возбуждения Отто буквально колотило. Руки неудержимо тряслись.
После пары затяжек Дагмар забрала у него сигарету, сама курнула и вновь вставила ему в рот. Отто чувствовал вкус ее помады, окрасившей кончик.
Он даже не представлял, что курение может быть столь изощренно чувственным. С каждой затяжкой он будто взрослел на целое десятилетие.
Дагмар взяла окурок из его губ и загасила в хрустальной пепельнице, меж безделушек стоявшей на туалетном столике. Потом притянула Отто к себе и поцеловала в губы. Уже не впопыхах, украдкой, как тогда в отеле, но медленно, щедро и чувственно.
Губы ее раскрылись, Отто почувствовал ее язык.
В голове его помутилось, он был словно в горячечном бреду. Полыхал чистый беспримесный восторг. Отто пытался не упустить этот важнейший и прекраснейший миг в своей жизни.
Через секунду Дагмар отпрянула и улыбнулась.
Восхитительный миг закончился, но Отто не роптал. В этаком счастье было не страшно и умереть.
А потом мягкие губы Дагмар коснулись его уха.
– Если хочешь, можешь залезть мне под блузку, – шепнула она.
Невероятное сбылось.
Три долгих года Отто лишь об этом и грезил, и вдруг священный миг настал.
Дагмар вновь приникла к его губам, когда Отто вытянул душистую ткань из-за пояса ее юбки. Рука его нырнула под блузку и двинулась вверх, под шелковистой кожей чувствуя ребра. Пальцы коснулись груди, сначала сквозь лифчик, а потом забрались в чашку и тронули сосок.
От возбуждения Отто трясло. Казалось, и Дагмар дрожит.
Открытие ошарашило. Отто не мог и помыслить , что в Дагмар тоже бурлит желание. Невообразимо, чтобы божество ответило взаимностью. Можно было лишь надеяться, что оно дозволит преданно служить ему по гроб жизни.
Однако ее вроде бы тоже колотило.
Привалившись к туалетному столику, они взасос целовались. Отто пытался одновременно забыться и навеки запомнить неописуемый восторг от подлинного прикосновения к груди Дагмар.
Потом Дагмар его оттолкнула.
– Хватит… – выдохнула она. – Надо остановиться, пока… Не потому что я не хочу… а потому что хочу …
Она покраснела и смолкла.
Широченная ухмылка располовинила лицо Отто.