— Ну ты прямо супер-оптимист… — недовольно скривился напарник, но спорить не стал. Он, наверное, и сам понимал, что в основном я прав. Хотя, конечно, идея облететь окрестности и поискать другие артефакты была здравая. Мало ли, может, посовременнее что-нибудь найдётся.

Добравшись до последней ступеньки, я остановился и, до боли в пальцах, начал раскручивать динамо фонарика, чтобы осмотреть новое помещение. Свет дрожал и прыгал, выхватывая из тьмы фантасмагорическую картину.

— Бойлерная? — предположил я.

Не знаю, бывают ли на кораблях бойлерные в классическом понимании, но это помещение очень на неё походило. Ряды покрытых корявыми, слоистыми наростами металлических труб, десятки, если не сотни, вентилей, гирлянды датчиков со стрелками, замершими на нулевых отметках. Всё было основательно изъедено коррозией, но кое-где ещё угадывался былой блеск латуни, а под толстым слоем грязи мерцали стёкла приборов. В общем, всё как в самой обычной бойлерной на каком-нибудь заводе, только застывшее во времени.

— Трубы с па-ро-хо-да… модные в любое время го-да… — погрузившись в гнетущую атмосферу места, фальшиво и тихо пропел напарник, пытаясь снять напряжение.

Я же, обшарив лучом света ближайшие углы, пришёл к выводу, что ничего стоящего здесь нет, как нет и другого выхода. Значит, нужно было подниматься обратно и искать новый путь.

Но тут в тусклом, неровном свете мелькнуло что-то, явно выбивавшееся из общего хаоса.

— Что это там? — ещё активнее заработав пальцами, я направил луч чуть в сторону, под основание массивной трубы.

— Чемодан? — потянулся вперёд напарник, всматриваясь.

Возле самой стены, в нише между двумя трубами, действительно стоял небольшой кожаный чемоданчик, с усиленными металлом уголками. И, что удивительно, он почти не пострадал от времени и влаги, выглядел лишь потрёпанным и покрытым пылью.

— Погоди… А там, за ним, что? — я заметил тёмное пятно, сливавшееся с общим фоном.

— Труп? — предположил Андрей без особого удивления.

— Угадал… — вздохнул я. — Похоже, это и есть хозяин нашего чемоданчика…

Останки, а точнее, скелет, лежали в неудобной позе прямо под трубами, словно человек пытался там укрыться. Попытка вытащить тело для более детального осмотра закончилась провалом — мы смогли дотянуться лишь до одного сапога. Кожаный, с высоким, стройным голенищем, он, хоть и растрескался, но даже сейчас, в таком виде, сохранял какой-то намёк на былой лоск и элегантность. Не чета грубым ботинкам, которые мы видели раньше. Может, офицерский, а может, и вовсе принадлежал кому-то из гражданских, пассажиру.