Сняли маскировку — хотя, честно говоря, когда рядом стоит огромный «кукурузник», толку от нее было немного. Сняли, скатали в тугой рулон и на место засунули, под мое кресло. Ничего крупного там не помещалось, а вот для сетки — в самый раз.

Перед вылетом быстро «пробежались» по машине: рули подёргали, мотор осмотрели на предмет потёков, шасси проверили. И уже заканчивая осмотр, я обратил внимание на странно торчащий под углом рычаг одной из рулевых тяг в хвостовом оперении.

Подёргал его рукой — и похолодел. Он шатался, играя в пазу. Присмотрелся пристальнее, протер грязь пальцем — а он почти лопнул! Тонкая трещина шла по самому основанию, и еще пара виражей — и он бы отвалился окончательно. А это, на секундочку, рули высоты. Без них самолет превращается в неуправляемый снаряд. Взлететь еще как-то чудом можно, а вот сесть — уже нет, конец.

Я позвал Андрея. Он подошел, пощупал, подёргал, понимающе хмыкнул и перекрестился.

— Долетим с божьей помощью… — пробормотал он.

— Тьфу на тебя, Андрюха! На бога надейся, а сам не плошай! Слыхал поговорку? — огрызнулся я, чувствуя, как у меня заныла пустота в желудке от осознания опасности.

Машина была старая, как ни крути. А покрутил я ее вчера изрядно. Вот железо и не выдержало, усталость материала. Благо, запчасти есть, прямо здесь, на авианосце. И даже искать долго не надо. Полчаса работы, не больше.

Снова поговорил с Росицей, приведя все возможные аргументы. Но она упорно не хотела возвращаться к своим. Написала, что если не возьмем с собой, останется в лагере ждать.

Одна в степи… Такое себе занятие. Если и вернемся, то неизвестно когда. Техника хоть и бодрая, но, как мы уже убедились, не самая надежная. Откажет что-нибудь по дороге — и придется пешком топать неделями. И тогда девушка нас может и не дождаться, погибнет от голода, холода или от чужих людей.

— Может, все-таки к своим? — в последний раз попробовал я уговорить ее, но она только зыркнула на меня выразительно и мотнула головой: нет!

Настаивать дальше не имело смысла. Она была взрослым человеком, вполне способным принимать решения, пусть и не самые рациональные. Внешне — робкая и беззащитная, но если вспомнить детали нашего совместного побега из города, то беззащитного в ней было не так уж и много. Так что, оставив ее в покое, я занялся делом.

В рюкзаке с инструментом нашел пару мощных стальных хомутов, стянул ими треснувшую тягу в нескольких местах, так, чтобы хоть как-то зафиксировать, «на живую нитку». Ну и, конечно, с «божьей помощью» — а то как же, — поднял машину в небо. Высотой не игрался, набрал триста метров и так, аккуратно, и полетел, стараясь лишний раз не тревожить «раненый» узел.