— Да быть не может… — выдохнул я.

Внизу, под крышкой, открывалась узкая шахта, в которую уходила аккуратная металлическая лестница. Ровные, покрытые темной, но не тронутой ржавчиной ступени, выложенные тесаным камнем стены, стойки упоров по бокам, а в самом конце, внизу, виднелась дверь. И она была открыта.

В полном, давящем молчании мы двинулись вниз. Спустились. За дверью оказалась небольшая ровная площадка и еще один пролет лестницы, уходящий в непроглядную тьму. Сверху света пока хватало, но дальше было черно, как в норе. Мне с моим зрением еще как-то, а вот Андрею в полной темноте — никак. Поэтому мы поднялись обратно, дошли до самолета и вытащили из НЗ пару аккуратно сделанных факелов. Мы мастерили их как раз на такой случай — из промасленной пеньковой веревки и алюминиевых труб с рукоятками.

Вернувшись и зажгли факелы. Свет, живой и трепещущий, разогнал мрак, и с ним пошло повеселее. Вскоре мы уже стояли, раскрыв рты от изумления, на пороге огромного подземного зала-пещеры.

Пространство поражало масштабами. Высокий потолок куполообразной формы, подпертый несколькими мощными колоннами, каменные стены, в которых были аккуратно выдолблены проемы для дверей. По стенам тянулись толстые жгуты проводов в прорезиненной оплетке. В самом конце зала стояли в два ряда массивные металлические шкафы, вдоль стен — несколько длинных деревянных лавок, а по всему периметру, под потолком, висели люминесцентные лампы в защитных решетках. Все было покрыто толстым слоем пыли, но выглядело на удивление целым и готовым к работе.

— Прямо как во сне… — прошептал Андрей, и его голос гулко отозвался под сводами. Чуть помолчав, он показал пальцем: через какую дверь его таскали в камеру, откуда приходили солдаты и куда носили ящики с оружием и патронами.

— Чем закончился сон-то? — спросил я тихо, будто боясь спугнуть призраков его памяти.

— Не знаю. Каждый раз не досматриваю, словно вот-вот узнаю что-то важное, а меня так, хоп специально, и выдергивают.

Первым делом мы проверили дверь, за которой, по словам Андрея, находилась его камера. Открыли — внутри было тихо и пусто.

За дверью начинался коридор с двумя ответвлениями, в которые мы пока не пошли, а в самом его конце был вход в еще одну пещеру, не такую огромную, как первая, но все же весьма внушительную.

Несколько клеток из толстых прутьев стояли в углу, такие же шкафы, да лампы под потолком. В клетках никого не было, их двери зияли открыто.

— Вот моя… — протянув руку, Андрей указал на третью слева и демонстративно поежился, проводя ладонью по шее.