Первое прикосновение к ее губам, заставляет меня утробно застонать и сжать ее задницу еще сильнее. Она целует в ответ так, будто до сих пор не понимает, правильно ли поступила, и это достаточно раздражающее.
Доверяя ей держать мой шлем, опускаю свою руку к штанам и снимаю ремень. Она настолько погружается в наш поцелуй, что даже не замечает моего милого жеста, недовольно хмурясь, когда я мягко отстраняю ее от себя.
— Я не сделаю ничего без твоего разрешения, ты же мне веришь? — тихо спрашиваю я.
— Конечно же, нет, — смеется она. — Думаешь, я поверю тому, чьего имени не знаю?
Я хмыкаю.
— Хорошо, что я наглец, — выпаливаю и, накрываю толстым ремнем ее глаза, туго защелкивая его на ее затылке.
— Эй, это что еще за приколы? — отпустив мой шлем, я позволяю ему полностью закрыть мне лицо и крепко держу ее руки, которыми она пытается снять с себя мою идею. — Мне это не нравится, незнакомец, я сейчас закричу, — сглотнув, обеспокоено говорит она.
— О, ты точно закричишь, только вряд ли от страха, — ухмыляюсь я и одним движением сажаю ее на байк. — Я тебя не обижу, просто хочу снять свой шлем и по-прежнему оставить интригу, идет?
Мне не нужен ее ответ, я уже все решил за нее и, стянув шлем, довольно вдыхаю свежий воздух, позволяя каплям дождя омывать мое лицо. Умирая от голода, я встаю между ее ног и припадаю к ее губам. Ее запах сводит меня с ума, усиленный из-за влаги, и из моей груди вылетает довольный рокот, а когда она раздвигает свои бесподобные ноги шире, весь мой мозг окончательно отключается, и я хватаю ее за бедра так сильно, что никакие джинсы не спасут малютку от синяков.
Как одержимый придерживаю одной рукой ремень, пока вторая пытается дотронуться до всего, до чего только может достать. В какой-то момент, когда мы обе перестаем понимать, какого хрена происходит, мои губы целуют и кусают все ее открытые участки, оставляя следы от зубов и вызывая у нее тихие вскрики. Нас могут увидеть, могут позвонить в полицию, выйти и наорать, но мне так плевать на это все. Кажется, я не смогу остановиться, даже если в нас кинут ядерную бомбу.
Опустив губы к шее, я тяну за ремень, приказывая этим жестом наклонить голову и открыть мне больше доступа. Ее пальцы забираются мне под футболку, хватают за цепочку и тянут на себя. Господи, какие же у нее нежные руки, мне хочется приклеить ее к себе, чтобы она никогда не отпускала меня. Моя свободная ладонь пробирается под ее одежду, поглаживая сосок через бюстгальтер. Я глотаю ее стоны и возвращая в ответ свои. Боже, лишь бы не ляпнуть что-нибудь в порыве страсти, иначе она точно узнает мой голос.