На парковке практически не осталось машин, и, до того, как сесть в свою, обхожу место по периметру, в поисках знакомого байка. Его нигде нет. Где припарковался этот незнакомец? Я делаю несколько кругов, но так и не нахожу мотоцикл, вернувшись к своему автомобилю в расстроенных чувствах.
Мне немного хочется, чтобы парень прибежал сейчас сюда и, содрав с головы этот злосчастный шлем, показал свое лицо, крикнув «вот он я, теперь ты согласишься встретиться со мной?», однако этого, конечно же, не происходит и, выруливая из парковки, я недовольно хмурюсь.
Дома тихо и неуютно. Кинув ключи на тумбочку в прихожей, хочу поехать за Мэй-Мэем, но останавливаю себя. Мне не нравится вся эта тишина, к тому же у меня развилась неприятная привычка: как только я захожу в квартиру, сразу же начинаю проверять специально оставленные не так вещи, чтобы убедиться, что здесь никого не было в мое отсутствие. Проникнуть сюда может только Мэйсон и это заставляет меня нервничать. А может, я совсем немного жду, что кое-что все же будет лежать не так, как я это оставила, давая мне понять, что он навещал меня.
Все лежит так, как должно и, против моей воли, из груди вырывается досадный стон. Мои глаза слипаются и, выпив чащу кофе, который абсолютно не помогает, прохожу в свою спальню, с желанием прилечь. Сон, конечно же, не идет и вместо того, чтобы прикрыть уставшие глаза, я хватаю телефон с прикроватной тумбочки, небрежно срывая его с зарядки.
Мои пальцы скролят ленту и всякие короткие видео, пока сердце требует сделать то, о чем я точно пожалею позже, когда высплюсь и приду в себя. Дрожа, быстро листаю переписки, пока не нахожу ту, последнюю, с настоящим Мэйсоном, с его настоящего номера. Я читаю все, что мы писали друг другу до этого проклятого предательства, и на мои глаза наворачиваются слезы, а мозг уносит меня в далекие воспоминания.
Мы бежим по пустому коридору университета, из некоторых аудиторий доносятся приглушенные разговоры профессоров со студентами. Спотыкаясь, сжимаю рот ладонью, чтобы не захохотать во весь голос. Если декан посмотрит сейчас в камеры, то нам точно крышка, а меня будет ждать очередное наказание. Но это так весело. Нарушать все правила, быть не хорошей и послушной, как от тебя требуют другие. Быть собой.
Остановившись у угла, Мэйсон прижимает мою спину к своей сильной груди, и выглядывает, проверяя чист ли путь. Никого нет. Все нормальные студенты сидят по своим кабинетам, как и преподаватели.
Нам едва хватает терпения добежать до парковки, где парень грубо запихивает мое маленькое тело на заднее сиденье и забирается следом. Хлопнув дверцей, он набрасывается на меня целуя все части тела, до которых только достают его губы. Прикосновения Мэйсона обжигают и распаляют, я не могу думать в его присутствии. Он даже не прикоснулся к самому главному местечку, желающему его, а из моего рта уже вырываются тихие стоны.