— Вау, да я сегодня в ударе, — хмыкаю себе под нос.
Захлопнув капот, машу рукой Мэй-Мэю, который смотрит на меня сквозь лобовое стекло, а потом начинаю бегать и прыгать. Я имею в виду буквально бегать и прыгать, в поисках связи. А что мне еще делать в таком случае? У меня заглохла тачка, в которой я абсолютно не шарю, а на пассажирском сидит пес, который умеет только ссаться под себя и смотрит на мир так, будто это самое увлекательное место, в котором он только был. Собака точно не сможет мне помочь.
Пустынная дорога еще сильнее украшает весь этот антураж безумства и неудач. Я подбегаю к столбу, потом к светофору, который вообще не понятно зачем здесь стоит, ведь вокруг ни одного дома и здания, только лес и трасса, а после бегу в противоположную сторону от автомобиля. И все это не приносит никаких плодов, сеть так и не появляется.
— Как прекрасно, — бурчу я. — Жизнь прекрасна, Лилит. Жизнь просто замечательна. В твоей машине есть плед, декоративная подушка и собачий корм, если ты вдруг проголодаешься.
Ладно, план Б: дождаться, пока кто-нибудь проедет. Открыв водительскую дверь, я сажусь за руль боком и вытягиваю ноги. Пусть приборная панель и давит мне на поясницу, я все равно ложу свое тело так, чтобы моя голова оказалась у лап собаки. Я показываю ему смешные видео, которые сохранила на телефон, чтобы терроризировать ими Роуз в три часа ночи, смеюсь и рассказываю ему всякие мелочи. Так проходит некоторое время, которое кажется мне бесконечным. Живот урчит, а вода в бутылке давно закончилась. Пока в один долгожданный момент рядом со мной не останавливается байк.
Резко сев, я смотрю на своего спасителя. Байк черный, блестящий, как и его одежда, в шлеме и мотоциклетных перчатках, он заглушает двигатель и перекидывает ногу, спускаясь с мотоцикла.
— Нужна помощь? — спрашивает незнакомец, не снимая и даже не открывая шлема, что немного вызывает у меня недоумение, и стягивая свои перчатки по пути ко мне.
— Боже, да, пожалуйста, — расслабленно выдыхаю я, поднимаясь и идя к нему на встречу. Как по волшебству, мимо проезжают две машины. Где были все эти придурки раньше? — Моя тачка заглохла и дымится, понятия не имею из-за чего.
Мы обходим мою машину и открываем капот. Все еще не открывая шлема, парень нагибается и заглядывает внутрь.
— Есть какие-то хлопчатобумажные перчатки? Не хочу вымазаться, — спрашивает он, из-за того, что его лицо закрыто, голос слишком приглушен и звук получается немного булькающий, я не сразу понимаю, чего он хочет от меня.
— О, перчатки! — восклицаю я. Быстро обежав машину, открываю багажник и роюсь в нем, что-то такое у меня точно было, и я нахожу это под новой, упакованной в пленку лежанкой. Заглянув внутрь машины, замечаю, что собака все еще послушно сидит на месте, но все равно на всякий случай захлопываю водительскую дверь, еще не хватало бегать за псом по всему лесу. — Вот держи.