Она кивает, всхлипывает, прижимается ко мне всем телом. Я накрываю нас одеялом, обнимаю так крепко, как только могу, и чувствую, как её дыхание постепенно выравнивается.
Айс тихо сопит под кроватью. Город за окном засыпает. А я лежу, слушаю, как бьётся сердце Марины рядом с моим, и впервые за долгое время чувствую, что я дома… А она лезет ко мне, не переставая… Изматывая меня, словно я железный… Не понимает ни черта… Ведь если я её возьму, дороги назад уже не будет… Это станет точкой невозврата, когда мы просто застрянем в этом лабиринте из чувств и не сможем выбраться… Но и сдерживать это безумное притяжение, я уже просто не способен. Меня всегда разрывает рядом с ней. На мелкие, блядь, кусочки…
И в очередной момент, когда её рука неловко соскальзывает на резинку моих трусов, я обхватываю её запястье и прижимаю руку к подушке над её головой, нависая сверху.
Дышу так, будто сейчас откинусь… Смотрю в её зелёные… И пропадаю, двигая податливое нежное тело ближе к себе… Опускаю вниз свои трусы, нетерпеливо провожу членом по её горячим сочащимся половым губам, и всего смыкает, будто уже в капкане. Эти блядские непередаваемые ощущения… Она громко поскуливает подо мной, вцепившись в плечи. Гримаса искривляется в жалостливом молчании… Этот взгляд глаза в глаза всё внутри меня способен выпотрошить… Я больше не спрашиваю. Потому что не способен отказаться… И быть ей никем тоже не способен, потому что уже затянуло. Потому что не могу без неё… Поэтому, позабыв обо всём, не думаю – толкаюсь, заставив сжать меня от и до и запищать в ключицу. Держу её намертво как свою единственную… Держу и, кажется, что никогда не отпущу больше… А по сердцу в этот момент расползается яд…
Марина Чемезова
Мне так больно под ним… И не только внизу, но больше всего – в сердце…
Я дышать не могу, понимая, что он хотел от меня отказаться. Или всё ещё хочет? Боже… Мы ведь уже делаем это… Он на мне. Во мне… и меня всю трясёт от ощущений.
Анжей медленно выдыхает, проводит ладонью по моему лицу, заправляя прядь волос за ухо. Его прикосновение такое нежное, что у меня на глазах выступают слёзы.
– Успокойся, – шепчет он. – Дыши…
Он наклоняется и целует меня, на этот раз совсем иначе, чем раньше… Мягко, трепетно, будто я самая хрупкая вещь на свете. Его губы едва касаются моих, дразнят, исследуют, заставляют сердце биться чаще. Я отвечаю на поцелуй, запутываюсь пальцами в его волосах, притягиваю ближе.
Анжей двигается осторожно, словно боится меня напугать. Его руки скользят по моей спине, плечи, шее – везде, где касаются, остаётся след из мурашек. Я чувствую его дыхание на своей коже, когда он спускается поцелуями к шее, слегка прикусывает мочку уха. По телу пробегает волна дрожи, и я невольно выгибаюсь навстречу его ласкам.