Марина Чемезова
Люблю. Мне кажется, я его люблю…
Чувствую, как он кладёт меня на кровать… Как бесконечно глубоко заглядывает. Будто внутрь меня… Я вся покрываюсь мурашками.
Он замирает, смотрит на меня, в его глазах читается смесь тревоги и желания. Я чувствую, как дрожат мои пальцы, когда я осторожно кладу ладонь ему на грудь. Слышу его сердце. Чувствую его…
– Анжей… – мой голос звучит едва слышно, почти как вздох. – Я не понимаю, что происходит…
Он молчит, но я вижу, как напрягаются мышцы на его шее, как тяжело вздымается грудь. Его взгляд скользит по моему лицу, задерживается на губах, опускается ниже.
– Марина, – хрипло произносит он. – Я же говорил тебе, чтобы ты уходила… Я не шутил…
– Почему… У тебя кто-то появился… Зачем это всё… К чему… Где ты был и почему такой пьяный, объясни мне… – мой голос дрожит, волнение достигает пика. Мало того, что я голая, так ещё и в такой ситуации, где я совершенно ничего не контролирую. В первую очередь, потому что не понимаю, что между нами. И мне так больно из-за этого…
Я киваю, сглатывая ком в горле.
– Значит… Это всё? Ты просто бросишь меня…
– Марин…
– Я ждала тебя… Я думала, что ты приедешь и мы будем вместе… А теперь это всё… Я дышать не могу, Анжей… Я просто…
– Тише… – чувствую, как он накрывает меня собой… Прижимаясь к моей голой груди своим по торс раздетым телом. Его запах уже внутри меня. Он где-то там, где физическое выходит за пределы разума. Потому что я слишком много к нему испытываю, чтобы списывать это просто на телесное. Нет. Это что-то большее… Неужели он не чувствует того же?
Слышу ведь как долбит его сердце.
– Расскажи мне… – глажу его затылок. Вся в слезах… Реву…
– Не могу…
– Нет, ты можешь… Можешь, Анжей… Можешь…
– Даже если я расскажу, это абсолютно ничего не изменит, Марина…
Звучит так, как будто он всё уже решил…
– Но я хотя бы буду знать… Почему ты так со мной поступаешь…
Он чуть отстраняется от меня. Кладёт ладонь на мою щёку, стирая с той слёзы.
– Я бы всё изменил, если бы мог, маленькая… Я, кажется, впервые что-то чувствую. С тех пор как мамы не стало… Я чувствую это к тебе, и мне максимально дерьмово сейчас, Марин…
Моё сердце в груди так мощно бьётся. Как раненная птица… Его мама… Умерла? Господи…
– Как давно её не стало… – спрашиваю сквозь слёзы.
– Уже давно, десять лет как…
– Мне очень жаль, Анжей… Мне правда очень жаль…
– Я знаю… Парадокс, но я впервые ощущаю в ком-то настоящие эмоции… Ты понимаешь?
– Да…
– Я не хочу тебя обидеть… Но так выходит, блин, постоянно… Я такой какой есть. И у меня никак не получается измениться…