Ты постоянно считаешь какие-то калории, ругаешь американских инженеров и измеряешь мир своими железными линейками…

Но когда ты рядом, мне впервые в жизни становится не страшно. Мне кажется, что если завтра начнется шторм или рухнет этот чертов мост через реку, ты просто подойдешь, затянешь какую-нибудь гайку своим разводным ключом, и мир снова станет ровным и правильным.

Откуда в тебе эта сила, Фредди? Откуда в твоих глазах этот покой опытного человека?

Фредди Савельевич замер. Его желудок в эту секунду выдал короткий, внеплановый импульс, но не на плавление стали или обжим силуминовых труб, а на поддержание стабильного ритма сердечной мышцы- В нем (желудке) как будто запели бабочки… Организму этот раунд бытовой романтики стоил ровно две калории — чистые затраты на легкое повышение плотности капиллярного кровотока в области щек.

Фредди стоял на темной набережной Теннесси и чувствовал, как тепло рук этой милой девушки пробивает шерстяную ткань его привычного свитера.

В его мысленной амбарной книге, где каждая статья расходов проверялась с дотошностью ревизора Наркомфина, графа «Эмоциональные затраты на поддержание семейного подряда» впервые за всё время не вызвала ни малейшего протеста со стороны внутреннего ОТК. Конверсия девичьей верности в душевный покой главного инженера прошла со стопроцентным результатом.

— Сила, Мэри, она не в глазах, — тихо, но твердо сказал Фредди, аккуратно, стараясь не повредить её тонкие пальцы своими огрубевшими от Омега-плавки ладонями, накрыл её руки своими. — Сила — она в строгом соблюдении технологического процесса. Если ты норму выработки держишь без брака, если у тебя каждый грамм углерода и каждый джоуль энергии на учете стоят — никакой шторм твою артель с фундамента не сдвинет.

Мир этот капиталистический, конечно, запущенный, порядка в нем нет, кругом суета и пижонство… Но мы с тобой, моя леди, базу заложили прочную. Струны из поющей стали рынок приняли, госконтракт со Старком на встречные поставки проката марки ХВГ подписан. Так что за будущее свое не переживай.

План снабжения у меня составлен на два года вперед. Прокормимся. И ремонт в твоем домике сделаем, я там вчера зазоры на оконных рамах прикинул — теплопотери тридцать процентов, чистый сквозняк. Переберем по уму, по-нашему.

Мэри вздохнула, уткнулась лбом в его плечо и тихо, счастливо рассмеялась, чувствуя, как под колючей шерстью свитера ровно, мощно и уверенно, словно главная турбина Красноярской ГЭС, бьется сердце её странного, невозмутимого Фредди.

Они простояли на набережной еще около получаса, слушая, как где-то далеко на окраине Нэшвилла глухо, ритмично перестукивает колесами по стыкам рельсов товарный поезд, увозящий на север шпалы с лесопилки. Воздух постепенно остывал, река Камберленд несла свои темные, тяжелые воды в сторону Миссисипи, а огни Бродвея также отражались в чистых стеклах припаркованного неподалеку белого «Линкольна» ровными, прямоугольными линиями.