«Урал-Молот» медленно вполз в глубокий гранитный цирк — естественно выбитую в скалах нишу, защищенную с трех сторон полукилометровыми отвесными стенами. Именно здесь, судя по лоциям из тубуса Прежней Империи, располагался вход в Стратегический Топливный Бункер «Саян-3».

В глубине цирка из монолитной гранитной толщи выступал циклопический железобетонный портал. Пятиметровые двустворчатые гермоворота из литого чугуна, украшенные массивными барельефами двуглавых имперских орлов и скрещенных гаечных ключей, были наглухо вморожены в скалу. За полвека Катастрофы ворота укрылись трехметровым слоем многолетней синей наледи и каменным обвалом. Никакой паровой тягач или имперский плуг не смог бы пробить эту ледяную броню сходу.

Святогор выжал сцепление и плавно нажал на педаль тормоза. «Урал-Молот» встал в десяти шагах от портала. В кабине наступила тишина, нарушаемая лишь мерным басом двигателя да завыванием бурана за двойным стеклом.

— Приехали, — проговорил Святогор, поправляя кевларовые перчатки. — «Саян-3». Если лоция не врет — за этими воротами главный резервуар солярки для правительственных колонн Прежней Империи.

Никифор, сидевший справа в свежей смоляной повязке, наложенной Радкой, осторожно повернул корпус и прислушался:

— Ворота вморожены намертво, Громов. Тут затворы гидравлические, с мизинец толщиной. Если масло в цилиндрах замерзло — мы их и трехосником не сорвем.

— Откроем, дед, — отрезал Святогор. — У нас есть кодовый тубус из Депо.

Святогор поднялся, взял с полки латунный тубус, тяжелую бензиново-эфирную паяльную лампу и трехгранный стальной лом. Из жилого модуля через люк высунулась Марья. В руках девчонка держала его защитный кожаный шлем с войлочным подшлемником.

— Одень, Святогор, — тихо проговорила она, подавая шлем. — На улице ветер такой — щеки за пять секунд до кости обморозишь. Я на верхний мостик встану, буду скалы пасти.

— На мостик не вылезай, Марья, — качнул головой Святогор, застегивая подбородочный ремень. — В такую метель на крыше сдует. Сиди у окна с соплом струномета. Если из щелей кто вылезет — бей.

Марья коротко кивнула, поняв приказ без лишних слов. Из-за спины девчонки высунулась Радка, укутанная в чистый суконный кафтан. Девочка сунула Святогору в карман тегиляя маленький пузырек из темного стекла:

— Дядя Святогор... Это настойка на чемерице и гусином сале. Если пальцы на морозе прихватит — разотри сразу, не жди пока посинеют.

— Спасибо, Радка. Пригодится.

Святогор отжал засов бронированной двери и вышагнул на лютый мороз.

Стынь обрушилась на него с дикой, животной силой. Ветер едва не сбил Ловчего с ног, обжигая незащищенные участки кожи у глаз словно раскаленным железом. Снежный песок закружился вокруг, залепляя стекло защитных очков.