Святогор поднялся в деревянный модуль. Внутри было жарко. В чугунной буржуйке потрескивали березовые комели, из носика латунного чайника вырывалась струйка пара, напитывая воздух запахом сушеной чаги, мяты и сосновой хвои.

За дубовым столом сидела Степанна. Перед ней лежал массивный механический вычислитель. Навигаторша подкручивала бронзовые барабаны, сверяя отсчитанные версты с истыканной циркулем калькой.

— Мы пришли в самый центр, Святогор, — сказала Степанна, указывая ногтем на схему. — Прямо за этой колоннадой — Центральная площадь НКТП. Там находится фасад «Архивного Бункера №1». Это самое защищенное место Якутского Полиса. Если в городе и сохранился хабар Прежней Империи — карты подземных Трактов за Урал, чертежи реакторных установок и янтарные матрицы — то только там.

— А ворота там какие? — спросил Святогор, снимая кожаные рукавицы.

— Скальные, — коротко ответила Степанна. — Вход вырублен прямо в базальтовом монолите. Защищен двухметровой бронированной гермодверью с гидропневматическими ригелями. Если имперцы перед уходом запечатали бункер изнутри — паяльной лампой его не взять.

Из задней части кубрика вышла Радка с открытым ящиком «Санчасть». Ее гетерохромные глаза быстро оглядели Святогора.

— Давай руку, Ловчий, — без лишних слов проговорила она, доставая глиняную баночку с живичной мазью и пузырек камфорного спирта. — Опять бинты на запястьях в мазуте и крови.

Святогор молча сел на скамью. Полевая медицина Радки была суровой, но действенной. Девчонка смочила ветошь камфорой и жесткими движениями смыла грязь со сбитых мозолей. Святогор только сжал зубы, когда спирт обжег открытые раны. Затем Радка густо затерла ссадины сосновой живицей и заново перевязала сухими полотняными бинтами.

— Никифору я тоже мазь отдала, — добавила Радка, завязывая узел на запястье Ловчего. — У него от влаги в тоннеле старые переломы ноют. Натерла камфорой и заставила суконный пояс подтянуть. Долго нам тут еще быть, дядя Святогор? Воздух тут нехороший... пахнет как от старой могилы.

— Скоро закончим, Рада, — тихо ответил Святогор, поднявшись. — Возьмем хабар — и на выход, к открытому Тракту.

Он вышел из модуля, на ходу подтягивая пояс с плазменным кладенцом. На янтарных чипах рукояти слабо пробивался золотисто-синий свет — оружие реагировало на приближение к древним механизмам.

— Никифор! Заканчивай с масленкой, — скомандовал Святогор, садясь за штурвал. — Марья — на турель. Выезжаем на площадь.

Шестицилиндровый дизель взревел, и «Урал-Молот» медленно выкатился из-под колоннады на открытое пространство Центральной площади Якутского Полиса. Прожекторы грузовика разрезали вековую тьму.