— Жди, — отрезал Святогор.

Он подошел вплотную к штурвалу, смахнул густой слой ржавой пыли и замер. Нужно было точно знать, какая из масляных магистралей цела. Святогор закрыл глаза и замедлил пульс. Внутренняя жила Яри откликнулась моментально — горячий толчок крови прокатился по телу. Глубокий вдох, задержка, плавный выдох через сжатые зубы.

Взор Былого распахнулся. Мрак галереи подернулся прозрачным, серебристым нахлестом. Поверх ржавого гидрозатвора легла дышащая светом картина Прежней Империи. Святогор увидел дренажную нишу до Катаклизма. Серебристые силуэты трех имперских механиков суетились у привода. Один вращал малый стравливающий вентиль, второй тяжелым молотом выбивал стопорную чеку из цепного барабана. На призрачных манометрах горели стрелки давления. Сталь блестела от жидкой смазки.

Глаза Ловчего скользнули по фантомной схеме. Гидроцилиндр сух, но механическая цепная передача ручного привода цела. Чтобы поднять затвор, требовалось сбить малый аварийный стопор с левой стороны обоймы и прокрутить штурвал байпаса по часовой стрелке.

Но тут Взор Былого выхватил иное. Святогор поднял глаза к потолочным сводам тоннеля. На реальных стальных балках верхнего яруса висели огромные, разбухшие коконы из Моры и застывшего смоляного ила. «Смоляные Упыри». Слепые подземные суррогаты. Внутри коконов, улавливая вибрацию людских шагов и тепло живой Яри, уже начинали медленно сокращаться черные, суставчатые тела.

Святогор разорвал кольцо дыхания Живы. Серебристый нахлест моментально растаял.

— Марья, наверх не смотри, фонарем не свети, — чеканным, ледяным тоном проговорил Святогор, перехватывая лом. — На перекрытии коконы суррогатов. Смоляные Упыри. Как только начнем крутить привод — упадут вниз. Держи струномет наготове.

Девушка едва заметно кивнула, плавно взводя стальную струну. Вольфрамовый болт лег на направляющую с сухим щелчком.

Святогор шагнул к приводу. Вогнал заточенный конец лома под заклинившую стопорную чеку. Задействовал всю силу Яри. Мышцы спины и плеч натянулись до предела. Чока отскочила с резким металлическим звоном, выбив сноп искр. Ловчий тут же вцепился в спицы чугунного штурвала и рванул его по часовой стрелке. Металл отозвался тяжелым стоном. Застывшая смазка сдалась. Цепной барабан провернулся. Где-то в вышине со скрежетом натянулась тяжелая якорная цепь. Массивные бронированные ворота содрогнулись, выламывая из пазов сухую грязь, и медленно поползли вверх. Открылась темная щель шириной в полсажени.

В тот же миг скрежет разорвал тишину подземелья. С потолочных сводов с шуршанием осыпалась сухая пыль Моры. Тяжелые коконы лопнули. На бетонный пол галереи с влажным, шлепающим звуком повалились твари. «Смоляные Упыри» — приземистые суррогаты с иссушенными, безглазыми мордами и длинными трехсуставчатыми конечностями. Их тела покрывали наслоения заскорузлой смолы и Ржавой Пыльцы. Твари развернули сплюснутые головы на запах живой крови.