Жилой модуль ожил. Заскрипели ступени. Пока Никифор и Тимка с масленками обходили шесть колес, Святогор поднялся в деревянный терем. Внутри было тепло и сухо. Степанна сидела за дубовым столом. Перед ней стоял латунный вычислитель. Навигаторша подкручивала винты, сверяя зазубрины с пожелтевшими кальками.

— Мы на внешнем кольце, Святогор, — сказала Степанна, указывая ногтем на чертеж. — Депо №12. Чтобы зайти в сам Полис, нужно пройти через центральные шлюзы дренажного коллектора. В полуверсте к югу. Ворота там глухие, гидропневматические. Без давления в системе их не поднять.

Подошла Радка с фанерным ящиком «Санчасть».

— Садись, Ловчий, не крутись, — строго проговорила девчонка, доставая глиняную баночку с живичной мазью. — У тебя от лома все ладони в мозолях сорваны, а на плече гематома от отдачи. Воспалится — в бою руку не поднимешь.

Святогор молча опустился на скамью. Радка смочила сухой холст камфорным спиртом, промыла сорванную кожу. Ловчий сжал зубы от жгучей боли. Девочка густо затерла раны липкой живицей и забинтовала чистым льняным полотном.

— Никифору я тоже спину растерла, — вполголоса добавила она. — Ребра срослись, но на сырости старые болячки крутит.

— Проверь запас мазей и камфоры, Рада, — тихо ответил Святогор, сжимая забинтованный кулак. Холодное тепло мази успокаивало сбитые жилы. — Если впереди твари — бинты понадобятся всем.

Святогор поднялся, взял тяжелую стеганую куртку и затянул пояс с плазменным кладенцом. На янтарных чипах меча слабо пульсировал синий свет.

— Марья, берешь струномет, идём со мной, — отдал команду Святогор. — Нужно посмотреть, есть ли проход для «Урала» или придется греть тигли и выжигать замки.

Они шагнули во тьму депо, оставляя за спиной ровный рокот заведенного Никифором дизеля. Фонарь в руках Марьи выхватывал узкую галерею. Воздух здесь был настолько плотным, что казался осязаемым: колючий запах старой ржавчины, пережженного мазута и вымороженного ила. По обеим сторонам тянулись скрученные силовые кабели. Кое-где на бетоне темнели глубокие, окаменевшие борозды — когтистые следы тварей Нави.

Через двести шагов галерея уперлась в массивную преграду. Центральные дренажные гидроворота. Исполинский затвор из толстолистовой броневой стали перекрывал весь трехсаженный пролет. Ворота плотно сидели в пазах, заблокированные слежавшимся илом и сухим налетом Моры. Справа, в нише, возвышался механический привод: чугунный штурвал байпаса, соединенный цепной передачей с вертикальным гидроцилиндром.

— Заперто насмерть, — коротко произнесла Марья. — Паяльной лампой этот массив месяц греть придется.