Глава 21 «Темный час»
Страница 127 из 157
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 21 «Темный час»

Страница 127

— Не знаю, — сказал я.

Гаврила подумал.

— Совсем не знаешь?

— Совсем. — Я смотрел на дорогу, серую в темноте. — Если они полезут всерьёз и большим числом — неделю. Если будут щупать, как в апреле, — месяц, может, два. Если у нас кончатся патроны раньше, чем у них терпение, — то до того дня, когда кончатся.

— А ты чего в штабе говорил?

— Я в штабе говорил, что дотянем до лета.

— Так это ж не то.

— Не то, — сказал я. — В штабе я просил разрешения. Тебе я отвечаю.

Гаврила посидел ещё немного.

Я ждал прибаутки. Он с апреля начал их говорить снова, и говорил всё чаще, и я по этому мерил, как он отходит.

Прибаутки не было.

— Ну и ладно, — сказал он и пошёл к своему месту у стены.

Тимофей у меня за спиной свернул цигарку и не закурил.

— Ты в это веришь? — сказал он тихо, чтобы не слышал Гаврила. — В то, что до июня надо дотянуть?

— Верю.

— А почему?

Я посмотрел на дорогу.

Я мог бы сказать: потому что я это где-то читал. Я мог бы сказать: потому что помню. Я мог бы, наконец, сказать правду, и он был единственным человеком, который, может быть, не сошёл бы с ума, услышав её.

— Потому что если я ошибаюсь, — сказал я, — то ошибаюсь я, а не ты. Я сегодня в штабе поставил на июнь своё слово. Больше у меня ничего нет.

Тимофей повернул голову.

— Это, — сказал он, — первый твой ответ за два месяца, в котором я не услышал вранья.

Он закурил.

— И самый плохой, — добавил он.

Архип за всю ту ночь не сказал про июнь ни слова.

Он вообще про сроки не говорил никогда, и к маю я понял почему: он мерил не месяцами, а тем, что видел, а на месяц вперёд у него не было ни одного следа.

Мы просидели там до темноты.

В последних серых минутах ещё была видна дорога — вся, от заставы до поворота, семь вёрст пустой майской дороги, по которой ещё никто не шёл.

Глава 21 «Темный час»

Глава 21 «Темный час»

К концу мая мы стали делать глупости.

Не крупные. Мелкие, из тех, что видны только своим: человек забывает сменить портянки и на третий день не может идти; на посту вместо двоих сидит один, потому что второй «сейчас придёт»; лошадь неделю не расковывают, потому что кузнец на другом конце участка, а съездить некогда.

Я сам за последнюю неделю два раза заснул сидя, и оба раза не заметил этого, и оба раза узнал об этом от Тимофея.

— Ты сейчас спал, — сказал он.

— Я думал.

— Ты думал с открытым ртом.

Хуже усталости было другое.

За май мы четыре раза поднимали людей по тревоге, и все четыре раза тревога выходила пустая: то разъезд, то чужой обоз, то один раз — стадо. А на пятый раз люди поднялись медленнее.

Я это видел и сделать не мог ничего, потому что единственное средство от этого — настоящее дело, а настоящего дела нам никто не собирался устраивать по нашему расписанию.

назадназад
1 ... 125 126 127 128 129 ... 157
впередвперед