Парадный двор был завален трупами, в том числе, останками колдунов. От жёлтых клякс невыносимо воняло серой и ацетоном. Земля была изрыта воронками от бомб и обожжена Магическим Зноем, дымилась и выпускала горячий пар в ночное небо.
Сначала я увидел деревенских магов.
Микула сидел на чёрной траве рядом с погибшим Сильвестром — у гомункула не было головы и ног, их просто расщепило в бою с колдунами. Но главное — у него больше не было сердца. Вместо него в неуклюжем железном теле Сили зияла расплавленная дыра.
Ещё из знаний прошлого мира я помнил, что если гомункул лишается сердца, то части силы лишается и алхимик, который это сердце создал. Так мы порой убивали алхимиков, уничтожая всю их армию.
Микула сидел на траве, навалившись плечом на павшего Силю, и не в силах подняться.
Он безотрывно смотрел на гомункула в небе, будто не верил глазам, и просто молчал.
Рядом с отцом рыдала Полька, уже в своём обычном виде миловидной десятилетней девочки. Ей было не до неба, не до молчания и не до крылатого титана.
Она оплакивала совсем другого гомункула и гладила его по пузу ладошкой.
— Силя… Силечка… ты меня спас, ты такой хороший… Силя…
Чуть дальше я заметил деда-рупора.
Он тоже был жив, но серьёзно ранен в шею. Дед лежал, привалившись спиной на забор, а возле него суетилась няня, пытаясь остановить кровь и спасти ему жизнь.
Слава Богу, она успела выбраться из усадьбы. Причем, вместе с графофоном. Забытое устройство лежало у забора, без пластинки. Скорее всего, её сохранила у себя няня, и только мы двое знали об этом.
— Светоч ты мой… ну куда ж ты полез… — бормотала няня, продолжая суетиться около деда Архипа. — Разве нам, старикам, такое положено?
Дед смотрел на неё и почему-то улыбался.
— Агась… а сама-то воевала, как бешеная, — прохрипел он.
Няня не сразу меня заметила, но когда всё же увидела, как я иду по двору с Ольгой на руках, а вокруг клубится золотая пыль, то замерла в потрясении.
— Илья… — Она смогла произнести только моё имя.
Не Илюшечка, не крошечка.
Илья.
— Всё хорошо, няня, — поспешил я успокоить. — Помогите Архипу. И помогите Ольге.
Пока я шёл по двору, золотая пыль, что клубилась вокруг меня, осела на землю.
— Илья, что же это? — опять выдохнула няня.
Я ничего ей не ответил.
Сам не знал, что же это. Пока всё, что я мог, это хоть как-то помочь людям — тем, которые ещё остались живы.
Я положил девушку прямо на траву, рядом с няней.
— Помогите ей.
— Не нужно, — слабым голосом запротестовала Ольга. Она ухватила меня за штанину и придержала рядом с собой. — Где мой брат? Где Эл? Где он?.. Скажи! Пожалуйста, скажи мне! Умоляю!