– Ну если тебе так нравится, я убила его и спасла тебя. Выходит – так на так.
– Я не просил меня спасать.
– Это уж твое дело, Оттси. Вот почему ты был мне без надобности. Потому что вечно что-нибудь этакое ляпнешь. И еще потому, что семнадцать лет вымучивал любовь к той, которая тебя отвергла. Мне был нужен… прагматик.
Отто встал и прошелся вокруг скамейки, пытаясь унять сумбур в мыслях и душе.
– В тот день на Ванзее… когда я убежал, а подонки из гитлерюгенда еще не объявились… ты попросила его остаться? Уговорила махнуться со мной именами?
– Не валяй дурака, Оттси. Наверное, ты бы так и сделал, но я-то не глупее Пауля. Ты знаешь, как все было. Под дождем я его поцеловала и сказала, что люблю его, а не тебя. Люблю, но понимаю, что он должен уехать. И хочу , чтобы он уехал. Пусть он живет, а я медленно умру. Я знала, что этого хватит. Все остальное он сделает сам. Понимаешь, такой характер. Надо лишь подтолкнуть, и он все придумает. Так и вышло.
Опять мимо промчались дети. «Поймаешь меня – поцелуешь!» – хохотала девчушка. Будем надеяться, ты этого стоишь, подумал Отто.
– Ты рассказала ему? – спросил он. – Позже, когда вы вместе жили.
– Нет, конечно. Я не хотела причинять ему боль. Да и зачем? Он прекрасный человек. Говорю же, я его обожала. И потом, мне была нужна его преданность. Чтобы он как одержимый меня защищал. Зильке-то догадывалась. Наверное, с самого начала все поняла, потому и возненавидела меня. Знаешь, она тебя любила. Я забрала себе Пауля, а у нее украла тебя.
В голове Отто словно вспыхнула лампочка.
Зильке! Где она?
Зильке Краузе. По сведениям МИ-6, после войны она работала в Штази.
Зачем Дагмар вызвала его в Берлин? Ведь она его не любит. И никогда не любила. И сбегать, как выяснилось, не собирается.
– Зачем я здесь, Дагмар? – Голос его стал жестким.
– Не презирай меня, Отто. – Дагмар, похоже, удивилась перемене его тона. – Я этого не вынесу. Ну да, теперь ты меня разлюбишь. Мне очень жаль, потому что не всякой женщине выпадает столь долгая любовь такого хорошего человека. Пожалуйста, не надо меня ненавидеть. Постарайся понять и сохрани ко мне добрые чувства. Люби меня хоть немного.
– Зачем? Что я должен понять? Зачем тебе моя любовь?
– Тебя не заставляли лизать тротуар и смотреть, как твоя мать давится грязью. – Дагмар будто умоляла. – Мне было всего тринадцать , Оттси.
– Весь мир корчился от боли, Дагмар. Каждый получил свою порцию.
Казалось, угроза потерять любовь Отто на миг изменила Дагмар, но теперь взгляд ее вновь стал жестким.
– О да, сейчас ты прав, – кивнула она. – Весь мир корчился от боли.