Тоже зелёного цвета, но на благородный малахит этот камень походил так же, как походит вислоухая дворняга на породистую гончую. Малахитовыми были лишь тонкие пластинки, наклеенные на грани. Стыки искусно зашлифовали, кубик казался цельным. До тех пор, пока не случился взрыв, который его повредил.
Недаром мне ещё на заводе показалось, что вижу трещину, которой в цельном малахириуме по определению быть не могло! Сейчас, после того, как я уронил амулет на плиты пола, одна из пластинок откололась.
«Подделка», — пробормотал Захребетник.
— Да.
Я спохватился и перешёл на мысленный диалог.
«Так вот почему измеритель показывал такой низкий уровень магии! Это не настоящий малахириум!»
«Управляющий, — уверенно объявил Захребетник. — То-то так старался малахириум у тебя выманить! Он, тварюга. А наладчик, видать, в доле был. Может, с самого начала, а может, случайно заметил, что с амулетом нечисто. Его подкупили и велели молчать. А после взрыва управляющий к наладчику убийцу подослал. Опасался, что сдаст. Ну и к тебе заодно, чтобы уж два раза не вставать. Один с моста гробанулся, на другого грабители напали — бывает. Малахириума нет, всё шито-крыто… Идём!»
— Куда?
«К управляющему! Ух, я ему, нечестивцу, устрою!»
— Вот именно, что устроишь. Да такое, что мне потом из города бежать придётся… Нет уж. Ни к какому управляющему я не пойду. — Я решительно поднялся, поблагодарил кухарку за ужин и направился к двери. Идя по коридору, продолжил развивать мысль: — Люди Басмановых, воры, грабители на пустыре — это одно. Во всех этих случаях мне пришлось защищать свою жизнь — во-первых, а во-вторых, не было свидетелей. Ты их попросту не оставил. А сейчас? Как ты себе это представляешь? Управляющий наверняка живёт не один. У него семья, прислуга. Времени — половина десятого вечера. Живёт он, если я правильно помню, рядом с заводом. Пока доберусь до его дома, там уже спать лягут. Начну в дверь трезвонить, перебужу всех. Если управляющий не дурак, в дом меня не пустит. Законных оснований для того, чтобы вломиться, нет. Но тебя это, разумеется, не остановит. Ты устроишь очередной дебош — хорошо, если управляющий при этом жив останется, — а по итогу твоего визита завтра полиция придёт арестовывать не его, а меня.
Захребетник недовольно фыркнул.
«Ай! Тебе лишь бы усложнять. Подумаешь, какой-то нечестивец…»
— Что поделать. Не я назначил этого нечестивца управляющим заводом. И сидеть в тюрьме из-за твоего неуёмного желания бить морды мне не хочется.
— Что вы сказали, Михаил Дмитриевич? — раздался удивленный голос за спиной. Я обернулся. Меня догоняла Аглая. — С кем это вы?